Крысиная башня

Наконец, оружие у незнакомки и Толика поставлено на предохранители и убрано – за спину автомат, под полу пальто – обрез. – Олег – он первым протянул руку. – Я... Ольга, вообще-то. Но зовите меня Сталкершей – рука у девушки оказалась тонкая, но неожиданно сильная, Олег от неожиданности аж поморщился. – Стругацких уважаем?.. – оценил он, и продолжил процедуру знакомства: – Это мой брат. – Толик, – пожимая ей руку, представился тот, – Но для тебя – Анатолий. Ибо чуть не замочил я тебя. – Не вижу связи, – откликнулась новая знакомая, – И, кроме того, ещё кто кого – большой вопрос! И тут же перешла к делу: – Значит так. Мехмастерские – это цех бывшего танкоремонтного. Сегодня, понятно, туда соваться смысла нету. Завтра покажу, и, может быть даже, провожу. А пока, если поможете дотащить мешок, помогу с ночлегом – у соседки квартира... хм... освободилась... Она жила не очень далеко, и провела их так, что по дороге они никого не встретили. Против ожидания, окраина Мувска оказалась довольно населена; конечно, не так как ‘до этого самого’, но всё же: видно было, что в некоторых окнах горели свечки, где-то сквозь плотные шторы пробивался вообще электрический свет – по всему, от аккумуляторов; отдалённо стучал генератор... Из окон торчали трубы буржуек, тянуло дымком. В подъезде обычной панельной девятиэтажки двери не запирались, что явно говорило о полном отсутствии какого бы то ни было объединения оставшихся жильцов. Поднимаясь, миновали несколько квартир с явно взломанными дверями; на площадке, где жила Сталкерша, деревянная дверь соседней квартиры была грубо вынесена, явно ‘с ноги’, судя по отчётливо читаемым в свете фонарика отпечаткам на ней. – Старушка там жила, Пилагея Ильинична. Пришибли её гопники, – пояснила Сталкерша. Сама она жила за добротной железной дверью. Судя по обстановеке, достаток ‘в доме’ был – но постепенно рассосался: не было ни бытовой техники, ни телевизора – хотя по массивной стеклянной тумбе и креплениям на стенах не так давно там находился плазменный или жидкокристаллический монстр. Там было холодно, туда и сгрузили принесённый мешок с мясом и салом. Там же, накрытые ковром, лежали ещё несколько мешков и пакетов. Зато в одной из комнат небольшой ‘двушки’, с завешенной ‘для утепления’ одеялом дверью, стояла хорошая железная печь, даже с баком для нагрева воды и с каменкой, явно бывшая раньше принадлежностью загородной бани. Пока Ольга-Сталкерша подкладывала в неё дрова, будя уснувший в малиновых углях огонь, и ставила чайник, Олег бегло осмотрел её жилище, и, стараясь делать это неявно, разглядел получше девушку. Собственно, Сталкерша оказалась старше, чем это показалось сначала по голосу. Ей было лет под тридцать.