Крысиная башня

Баррикады получались на вид ‘рыхлые’ – но, благодаря связке из проволоки и креплению к перилам – довольно прочные, особенно так-то вот ‘с разбегу’ их хрен преодолеешь – мы выстраивали их зигзагом, чтобы нужно было по одному протискиваться в узкие проходы. Вертящийся постоянно под ногами и мешающий Граф тут же обоссал все углы наших баррикад, отметив таким образом расширение своей законной территории’. Из сюрпризов тоже кое-что изготовили. Пара холодильников, набитых для веса всяким строительным мусором, оставшимся от пролома лазов в соседний подъезд, мы так расположили на перилах, что при рывке за специально выведенную верёвку они обрушились бы на головы нападавших, и, прокатившись по баррикаде – горе тому, кто не успел бы пригнуться и залечь на ступеньки! – снесли бы своим весом к чертям всех находящихся на лестничной площадке. Одна из баррикад, устроенная между 7-м и 8-м этажами, была нами устроена таким образом, чтобы её легко можно было обрушить, напрочь завалив проход по лестнице. Когда ‘баррикады’ в целом были уже готовы, стали уже ‘извращаться’, придумывая разного рода сюрпризы для нападающих. ‘Вершиной творчества’, как высокопарно назвал это Толик, была придуманная мной ловушка между четвёртым и пятым этажами – всё же, хоть мы и не в джунглях, и рыть ямы нам тут не светит, меня не оставляла мысль заделать что-то из ‘вьетнамского арсенала’. И я это, при помощи Толика реализовал... На открытом, ничем не захламлённом участке лестницы, на лестничном пролёте мы протянули кусок стального тонкого троса, который в своё время притащили из ЖКХ; им, очевидно, сантехники чистили канализацию. Закрепили один конец, тот, что ниже, на лестничной площадке в окне – Толян тяжёлой кувалдой вбил в оконный пролёт на уровне выше головы высокого человека заострённый кусок арматуры (затачивать, чёрт, пришлось мне, долго и вручную) – за него и привязали; второй конец закрепили с натягом к газовой трубе под потолком у квартирной площадки, так, что трос проходил, туго натянутый, вниз, с наклоном, через весь лестничный пролёт. Затем я взял столешницу от чьего-то кухонного стола, и подготовил её для будущего смертоубийства: я насверлил (проклиная этот твёрдый облицовочный пластик и прочный ДВП) отверстий в ней, чуть проточил их полотном от ножовки по металлу – и забил в них с внутренней стороны найденные в доме же шампуры для шашлыков. Забил плотно, кувалдой. Когда я закончил, батя и Толик пришли посмотреть. И офигели – моё творение выглядело ужасающе! – как в каком-нибудь фильме ужасов: белая пластиковая поверхность стола – и из него торчат полтора десятка разнокалиберных по длине и ширине, но отточенных и блестящих длинных стальных острия! – О, ужастик...