Крысиная башня

Потом вообще, для краткости, стали командовать ‘Вспышка сзади’ – и понимали, гады! Особенно когда недостаточно быстрое выполнение команды сопровождалось жёсткими звиздюлями. Я издалека заглядывал в комнату, увидев, что они лежат ‘по регламенту’, входил. Раздавал звиздюли за нерадивую работу и, наметив очередное ‘от сих до сих, в темпе, время пошло!’, уходил опять в другую комнату читать. ‘Таинственный остров’ мне положительно нравился; хотя с объёмом работ, провёрнутым на острове столь ограниченной группой людей, Жюль Верн, пожалуй, и приврал... Сейчас мне просто было интересно их поведение, само развитие интриги. Сериал, ёклмн! Через час вернулся вконец замордованный батей потный Равшан. Джамшут заискивающе спросил ‘Который час?’, явно ожидая обеда; но, получив вместо

ответа затрещину, поплёлся под батиным конвоем продолжать долбёжку перекрытий. Вернулся он перед обедом весь взъерошенный, едва сдерживающийся. Во время обеда придвинулся поближе к Равшану и на ухо шепнул: – Чё узнал-то... Это сука нас сдаёт, оказывается... Да ещё врёт к тому же! – Э, закончили базар! – прервал я их междусобойчик. Зато ночью мы по радио могли насладиться завершением интермедии. Как только батя пристегнул их цепи к батарее и ушёл, пожелав спокойной ночи, Равшан-Анафема неожиданно пнул бывшего главаря и скомандовал: – Иди-ка к параше, постой там! Нам тут с Вальком перетереть надо! – Ох.ел?? – вызверился Ибрагим-Бруцеллёз, – Чё за секреты?? Тут говори! – Иди, я сказал! У тебя со Старым свои секреты, у нас с Вальком свои! – Ты чё несёшь, какие у меня со Старым секреты?? – Иди к параше, тебе говорят! А то удавим ночью, и скажем, что сам удавился! – поддержал Джамшут Равшана. Последовала короткая возня, звяканье, звук падения тела на пол; потом невнятные угрозы и наконец, шаги, сопровождающиеся позвякиванием цепи. – Слышь, он на нас стучит Старому, точно тебе говорю! Причём врёт ведь, паскуда! Свои слова нам приписывает! Я теперь понял, чё меня вчера Старый пизд.л! Ты прикинь, долблю я сегодня, долблю; а Старый развалился в кресле и чё-то болтает, чё-то философствует, типа. Я особо не вслушивался в его пизд.ж, но тут он возьми и скажи: ‘Вы, типа, если в Крыса лом метнёте и промахнётесь, а тем более если попадёте – то потом на этом ломе все втроём и надеты будете, – через задний проход до гландов!’ Я, бля, сначала своим ушам не поверил; думал он так, пизд.т ни о чём, а он и продолжает: ‘Это ведь твоя идея, не так ли?’ Я так и офигел. Не, говорю, не понимаю, о чём вы говорите, Олег Сергеич, – а сам-то понял, это он, Бруцеллёз, нас сдаёт, за колбасу и сигареты.