Крысиная башня

Можно продать оружие из бывшей комнаты хранения ЛРО – хотя бы дробовики, – за золото, и обеспечить себе будущее.. Договориться со складскими... Или вообще грохнуть их? – чё-то этот Максимов мне активно не нравится; сидит, крыса, в тепле, на дежурства не ходит, а морда лощёная такая – это ведь точно, гад, приторговывает реквизированным оружием! Не, с этим договариваться? Лучше грохнуть. И уйти к баронам с запасом оружия. Но могут и те вместо благодарности грохнуть... Всё зыбко, зыбко... Что делать?.. Собственно, он не верил в судьбу. Возможно, зря. Печальные мысли старлея Самохина прервал окрик патрульного: – Тащ-сташ-ант, этот мужик тут трётся, гляньте. Видели уже его тут ведь. Смотрите-смотрите, наверное, спёр чего-нибудь! От ить, бомжара! Отвлечённый от своих мыслей, Сергей посмотрел в направлении, указываемом рядовым. Точно. Этого ханурика они уже видели. Рослый, в нелепой по тёплому ещё времени одежде: синем грязном плаще и бейсболке, с торчащими в стороны нечесаными вихрами, в больших роговых очках, дужка которых перемотана белым лейкопластырем, он уже попадался им на глаза; но ничего предосудительного в его виде они не нашли, – примерно так, если только не считать неуместного по погоде плаща, выглядело немало оставшихся в городе горожан, – после перебоев с электричеством и водой, и полного отсутствия горячей, поддерживать внешний вид стало задачей нетривиальной, даже при наличии внезапно образовавшихся избытков свободного времени. Но на этот раз бомж тащил какой-то крупный картонный ящик, – из-под телевизора? Микроволновки? Пылесоса?.. При этом он пугливо озирался, и, заметив внимание патруля к своей персоне, явно поторопился улизнуть. Таща на вытянутых перед собой руках громоздкий ящик, он постарался скрыться в толпе торгующих, но ему сильно мешал ящик. Вслед проталкивающемуся бомжу неслись ругательства, кто-то и плюнул ему на плащ, имели место и пара пинков; но бомж целеустремлённо продирался через толкучку, время от времени пугливо оглядываясь. Вот ведь! – явно ведь что-то спёр! Причём спёр что-то ценное, судя по тому, как вцепился в ящик, и как боится. В Самохине включился инстинкт охотника. Среди патрулей ходили легенды, как у таких-то вот бомжей при ‘пристальном рассмотрении’ в карманах находили ювелирные изделия – пригоршнями; а то и вообще – стопки инвестиционных золотых монет, закатанных в пластик, и золотые слитки Госбанка. Сергей не верил, конечно... Но чем чёрт не шутит! Не зря же бомж так зашугался патруля! – А ну давай за ним! – и трое вояк, бесцеремонно расталкивая торгующих, устремились за бомжом с коробкой, как стая волков за удирающей коровой. С торгующими не церемонились, толчки и удары сыпались налево и направо, – и никто не возмущался.