Крысиная башня

Ты человек мягкий, человечный, – я знаю. Местами. Я сам такой, – он хохотнул. – Только давай не будем озабачиваться судьбами всяких овец! Ну... Насчёт ‘овцы’, я, может, и зря, я с ней по-нормальному... Ты же сам сказал – ‘парадигма сменилась’, сейчас каждый сам за себя... и за свою семью, да. За свою стаю. Один бог за всех. Так пусть всё и идёт, как идёт. Будет слушаться, – с голоду рядом со мной не сдохнет. Позабочусь. Или я не мужик?! Не будет... Ну, сдохнет. И чо? Ты же на обеспечение всех коз города, всех детишек и старушек брать не собираешься? Так в чём дело?.. – Я думал, у вас с ней по серьёзному... Наблюдая отношения и ... – Братан! – голос Толика стал покровительственным, – Чем больше я на тебя гляжу, тем больше понимаю, – ты, брат, мягкий, как член импотента! Чо ты там себе надумал, глядя?.. Что я в неё влюблюся, женюся; и устрою себе такую же весёлую жизнь,

как ты себе на склоне лет устроил? Чтоб мне ипали мозг, что я должен то-то и то-то; что я такой-то ‘некондиционный’, неудачник; и не соответствую высоким запросам женской тонкой души?.. Так она уже это пыталась мне втирать. И что? Первый раз я три дня к ней не появлялся, так сама пришла. Второй раз... Видел, у неё губа подбита? – Нет. – Ну вот. Это я, слегонца. Ладошкой. Правда рука у меня тяжёлая... Чтобы не тянуть три дня, сразу объяснил как она не права, – хотя в Милане я не был, и ‘Вдову Клико’ на Эйфелевой башне не пил... В компании ‘звёзд эстрады и бизнеса’, хы. Прикинь – одним жестом объяснил! – И она, поскольку подготовительная работа уже была проведена, тут же всё чотко и осознала! Сразу же! За ноги хватала – Толик, не уходи! А какая потом ночь была, брата-а-а-ан! Ты себе не представляешь!! Сказка, а не ночь! – Выделываешься над ней?? – Х.й ты угадал, братан! – Толик разозлился, уже не сдерживал голос; я выглянул в коридор, – мамы, вроде бы не было... – Не выделываюсь, а внятно объясняю политику партии и правительства, хы. А выделываешься – это ты! Двадцать лет, ёлы-палы, ты провыделывался, угождая своей кошёлке! ‘У меня луччая жена в мире!’ Ах-ах! Чтобы узнать начинку пирожка, его, конечно, нужно надкусить! Но если пирожок с говном, не надо его есть всю жизнь!.. Помолчал и продолжил: – Вот ты свою жену и испортил! Женщине что надо? Думаешь, обожание и пъедестал? Хрен там! Ей, как и всякой божьей животине, нужны рамки; ясные и понятные границы – от сих до сих. И тогда она радостна и довольна! – Как корова в стойле? – А хоть бы и так! – взвился Толик, – Всё всегда можно переврать! Я говорю ‘рамки’, – ты говоришь ‘стойло’. Кто прав?? А? Что критерий истины? Ты знаешь?? Помолчали. Толик продолжил, уже тоном ниже: – Критерий истины – практика.