Выстрел, который снес крышу

Он задался примитивным вопросом «что?». Что она здесь делает? Причем этот вопрос не мучил его. Получит он на него ответ – хорошо, нет – все равно.

Дарья не реагировала на прикосновения и даже на силу, с которой он изменил ее положение. Но она как будто почувствовала его взгляд. Сначала вздрогнули веки, затем открылись глаза; она сонно и совершенно равнодушно посмотрела на Павла. Пустота в глазах, ни единого проблеска мысли в них. Но ведь и сам Торопов смотрел на нее без всяких эмоций. Ведь это же не Эльвира, которой он обязан был повиноваться, значит, и страха не могло быть.

Да и сам страх перед Эльвирой был настолько слаб, что не смог всколыхнуть его изнутри. А та не заставила себя долго ждать, вошла в комнату и, ожесточенно стиснув зубы, испепеляюще глянула на Павла. Он понял, что ему не стоило здесь появляться. Но едва шевельнувшийся в нем страх оставил его равнодушным к происходящему. Никакой суеты в сознании, никаких терзаний.

Торопов не стал дожидаться, когда Эльвира погонит его отсюда. Он молча поднялся и вышел из комнаты, а ноги сами отнесли его в каморку, где он бревном лег на раскладушку. Что ему может сделать Эльвира? Убить? Так пусть убивает. Что сон, что смерть – все едино.

Но Эльвира не появлялась – значит, он будет просто спать. Спать, спать…

Проснулся он, когда за окном было уже темно. Надо идти в туалет, иначе можно напрудить в постель, а это наверняка разозлит Эльвиру. А злить ее нельзя, поэтому нужно быть осторожным и на обратном пути не ошибиться комнатой, как в прошлый раз.

В туалет Павел шел в полусне, фактически на автопилоте, а в подсознании, ничуть не затрагивая нервы, слабенько пульсировала мысль, что на обратном пути нельзя промазать мимо своей каморки. Может, именно поэтому он снова ошибся. Правда, в этот раз очутился на кухне, где в темноте за столом боком к нему сидели Эльвира и Антон.

Это был поздний ужин при свечах. Электрический свет в комнате не горел, и освещен был только стол, за которым устроилась разогретая вином парочка. Павел вовремя осознал свою ошибку, поэтому переступил порог лишь одной ногой. Так он и застыл, чтобы не привлекать к себе внимания. Но Эльвира его не замечала, и Антон никак не реагировал на него. Значит, он остался незамеченным.

Торопов мог повернуть назад, но откуда-то из глубины сознания пришла мысль, что под ногой у него может скрипнуть половица, и тогда его заметят. Умереть не страшно, но вдруг Эльвира начнет кричать на него? А он не хотел, чтобы его внутренний покой был нарушен, поэтому и застыл на пороге.

– Тревожно мне, Антон.

Эльвира потрогала пальцем огонек свечи, отчего на стене появилась зловещая тень, похожая на дракона.

– Не переживай, все будет хорошо.

– Сам же говоришь, что со всех сторон поджимают.

– Ничего, выкрутимся.