Снесу крышу. Дорого

На первый взгляд вроде было не похоже.

Опять же, она его провоцировала.

Ну провоцировала же! Вот эта «крошка» — что, если не провокация? Он же не вчера родился.

А макияж, ушки эти «динь-динь», шортики, еле попу прикрывающие… Может, она специально всё подстроила, чтобы он приехал? И на звонки специально не отвечала. Чтобы он вернулся. Тогда всё логично.

Или она всё-таки кого-то другого ждала?

Паша ткнул пальцем магнитолу, запуская радио. Веселый парень напевал про «девочку-малинку», холодную, как льдинка, с которой он был бы не прочь «тра-ля-ля — тополя». Кощей тоже был не прочь. И даже чуть было не развернулся на ближайшем перекрестке, чтобы реализовать свое желание. Но потом подумал, что он не станет пешкой в руках девчонки. Он всё сделает по-своему. Опять-таки, неплохо было бы подготовиться материально. И морально.

И всё же разобраться с ее тараканами.

И ее непонятными знакомыми, с которыми она то в кафе не встречается, то по телефону разговаривает, то в гости грозится пригласить на еду, купленную им собственноручно.

Завтра — отличный день. Отличный вечер. И отличная ночь. Вряд ли он уложится со своими планами за один вечер.

Пятничное утро Паши началось с кофе и булочки. Было в этом что-то умиротворяющее. Кофе, булочка, отмороженная Дарья Владиславовна в брюках и гриндерсах. Она попросила разрешения — в качестве исключения — один день походить в обуви с защищенным голеностопом. Кощей сомневался, что гриндерсы — достаточная антивандальная защита от урагана такой разрушительной мощности, как он. Но согласился. Он вообще не очень понимал все эти ритуальные пляски вокруг дресс-кода. С его точки зрения существовала форма и всё остальное. Если формы не было, то одежда должны быть приличной и соответствующей случаю. Эти условия Несветаева соблюла, так о чем разговаривать? Разве в качестве прогиба перед начальством… Но Паша прогиб зафиксировал и погрузился в дела, одним глазом поглядывая на помощницу.

Помощница была, как клон Снегурочки. Вежлива, нейтральна, холодна. С лицом, как то масло, которым она грозилась испортить на ужин рожки. Паша пытался несколько раз вывести ее на личные темы о семье, хобби, друзьях — и всякий раз обнаруживал себя на салазках в самом низу горки, пока Снегурочка приветливо махала ему с вершины. И главное, Поляков не мог заметить момент, когда его на эти салазки усаживали и давали поощрительного пинка. У него было ощущение, будто он в фантастическом фильме. Подходит к зеркальной границе объекта, погружается в нее рукой, и вдруг — хоп! — зыбкое зеркало и всё, что за ним скрывается, уже позади.

Короче, тараканы у Дарьи Владиславовны были шуганные и юркие. А темы семьи, друзей и хобби среди любимых не стояли.