Снесу крышу. Дорого

И быстро подскочил боком, пряча стояк за полу пиджака, проскочил в ванную и быстро взял себя в руки.

Из ванной он выходил уже другим человеком.

Пожалуй, Несветаева права. Его уверенности в себе ничто не угрожает.

Кощей даже испытал некоторое разочарование. Он только разогнался, только ощутил бодрящую радость охоты, погони, атаки — а жертва уже у его ног.

…Правда, пока он у ее ног. Но это не более чем видимость. Просто сейчас он не готов к акробатическим этюдам, при которых стопу нужно будет зафиксировать, чтобы не дай бог не задеть. Никакого удовольствия.

Так что пусть пока страдает и предвкушает.

На этой высокой ноте Поляков вошел в кухню, где Дарья крутилась у плиты. Полный благостного настроения, Паша чуть было не щипнул ее за задницу, но вовремя спохватился, что до этой стадии отношений они дошли только в его фантазиях. Официально она пока еще Снежная королева, а он… Для Кая он плечиками не вышел. Поэтому, пусть будет… Тор! О! Он — Тор с таким здоровенным… Молотом. Она — такая вся нежная и хрупкая Снежная королева. И он своим Молотом так — тыдыщ! — по ее ледовому дворцу!

Не, ну чё? Дворцы он еще Даше не разрушал. Так что всё в тренде, всё — разнообразие.

— Павел Константинович, вы точно всё это съедите? — развернулась к нему Дарья и медленно облизала ложку. — Вку-усно!

Молот Тора потяжелел.

— Нет, конечно, — Кощей быстренько сел к столу, спрятав его под столешницей. — Чтобы вы не страдали на тему, что вам нечем накормить гостя.

— Хм, — Дарья постучала ложкой по выпяченным губам. — То есть я могу теперь кого-то в гости пригласить, — задумалась она.

И тут до Паши дошло, что Несветаева сейчас не о нем.

— Зачем же? — вырвалось у него. — Думаю, не так много останется. Как раз вам на ужин.

— М-м-м… Ужин — это замечательно! — радостно воскликнула хозяйка, будто это было открытие века. — Давайте, я вам положу. Вам же еще на встречу нужно ехать. Мимо пробок, чтобы успеть.

…Нужно разбить ледовый дворец и спалить к чертям записную книжку!

Встречи прошли на высоком уровне. Кощей даже не слишком часто выпадал из реальности. Так, раза два или три. Может, больше, но больше никто не заметил. Так-то у Полякова работал встроенный датчик гонева, который отслеживал слова собеседника на уровне автоматизма. И пока говорилась всякая соответствующая случаю туфта, Паша мог уплыть в свои фантазии. В фантазиях он стремился туда, за границы восхитительно-скромных, влажных бежевых трусиков, и Снежная королева таяла и кричала: «Да, Паша, да, еще! Еще!» Понятно, что возвращаться из этого триумфа мужской харизмы над женским упрямством было неинтересно. Но нужно. Поэтому ту часть переговоров, в которых собственно шли переговоры, Кощей держал под контролем.