Малыш, который живет под крышей (СИ)

Горячая ладонь подхватила под поясницу и прижала плотнее к себе — еще плотнее, а, казалось, это невозможно. Жесткие волоски царапнули сильнее. — Поцелуй меня, — шепнул в губы.

И они целовались. И двигались вместе, как одно целое. Но первая успела она. Застонала прямо ему в рот, выгнулась, сжалась. «О, дааа…» — ускользающе пронеслось у Макса в голове. Дело сделано, сейчас в пару движений догнать ее, успеть вдвоем. Но не тут-то было. Даже дернуться не смог. Она обхватила его крепко — ногами за талию, руками за шею, еще и за губу прикусила. Зафиксировала так, что не шевельнуться. И кончала, эгоистка бессовестная, в свое удовольствие — истекая всхлипами, влагой, дрожью. И лишь после, когда она рухнула на подушку и разжала руки — тогда Макс получил свое. Быстро, яростно и думая уже только о себе. А потом и он рухнул. На нее. Совершенно без сил.

И в комнате на какое-то время стало наконец-то тихо.

* * *— Слушай… Ты же тощий. Чего ты тогда такой тяжелый?

— Я не тощий — это раз, — Макс, наконец-то, шевельнулся на ней. — Мозг — он тяжелый, это два. Я умный, мозгов у меня много, потому и кажется, что я тяжелый. Вот, смотри, — он перекатился на спину, не отпуская ее. Аккуратно подравнял чуть съехавшие с него женские бедра. — А ты совсем не тяжелая. Потому что тут… — постучал пальцем ей по виску. — Пусто.

Кира чуть слышно рассмеялась. Спорить и ставить обнаглевшего пана архитектора на место не хотелось. Хотелось лежать на нем, прижавшись щекой к плечу. И все. И больше ничего.

— Кирюююш… — он обнял ее за спину. — Почему мы это раньше не сделали, а? Столько времени потеряли. Офигенно же! Так… — и он замолчал, словно слов не мог больше подобрать.

— Угу, — согласилась Кира ему в плечо. — Тебе часто говорили, что ты великолепный любовник?

— Каждый раз! — хохотнул Макс.

— Совершенно заслуженно, — голос ее уже совсем ровный. — Я тоже так тебе скажу. Ты очень хорош в постели.

— Да ты больше меня слушай, ага, — он сильнее сжал руки. — Мужики всегда про это врут. Знаешь, — Макс повернул голову, чтобы говорить ей прямо на ухо. — Я тебе скажу по секрету. Только ты никому не рассказывай — обещаешь?

— Обещаю, — она почему-то улыбнулась.

— Это был лучший секс в моей жизни. Близко ничего раньше не было такого. А все потому что…

— Опыта, наконец-то, набрался? — Кира не дождалась ответа.

— Потому что ты! — он сказал это почти сердито. — Что за манера не дослушивать до конца и перевирать мои слова?!

Она не стала отвечать — лишь потерлась щекой о его грудь. Вздохнула тихонько и удовлетворенно.

— Я вот сейчас отдохну, — Макс зевнул. — И будет продолжение банкета.

— Какое может быть продолжение после десерта?

— Еще один десерт.

— Попа слипнется, — Кира тоже зевнула. — И зубы испортятся.