Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

«Шайзе, это же болото», – подумал Гейдрих. А где-то впереди уже виднелась взлетно-посадочная полоса аэродрома.

– Что за мерзость, – скрипнул зубами Гейдрих, – утонуть в болоте меньше чем за километр до цели…

Когда в кабину начал проникать запах паленой изоляции и жженого металла, обергруппенфюрер резким движением перекрыл кран подачи топлива, после чего тут же обесточил самолет. Мотор заглох, наступила тишина, нарушаемая только свистом ветра. Будто налившийся свинцом, истребитель клюнул носом. Резким движением ручки управления Гейдрих парировал и эту угрозу и выпустил шасси. Ме-109, с его тонким узким крылом, планирует чуть лучше топора. Но как раз чуть-чуть и оставалось для того, чтобы болото под крылом кончилось, и после узкой полоски минного поля и ограждения из колючей проволоки, внизу оказалась укатанная посадочная полоса аэродрома.

Посадка была шумной. Поднимая тучи снежной пыли, истребитель с остановившимся винтом плюхнулся на аэродром, потом, накренившись на левый борт, заскользил к финишу.

Весь мокрый от пота, Гейдрих откинулся в пилотском кресле. Кажется, все закончилось, и он остался в живых. Если бы у гауптмана Шмидта не заболел живот… Да, от каких только случайностей зависит жизнь человека…

Отстегнув ремни, обергруппенфюрер рывком откинул в направо-вверх остекление фонаря кабины и на ватных ногах выбрался наружу. Его истребитель застрял примерно на середине полосы. И теперь сюда неслась целая кавалькада автомобилей. Аэродромное начальство уже было в курсе, кто именно так изящно упал к ним прямо на голову. Наверняка все подробности сегодняшнего происшествия уже были доложены в штаб группы армий «Центр» генерал-фельдмаршалу Гюнтеру фон Клюге по прозвищу Умный Ганс. Так что теперь надо было прекратить мандражировать и начать изображать из себя мужественного солдата СС, которому все нипочем.

6 февраля 1942 года, 18:05.

Смоленск. Штаб группы армий «Центр»

Обергруппенфюрер СС Рейнхард Гейдрих, генерал-фельдмаршал Гюнтер фон Клюге

В кабинете командующего группы армий «Центр» попахивало озоном. Прибором, наэлектризовавшим воздух, был телефон, соединявший штаб группы армий «Центр» с бункером фюрера.

Снимая трубку, Гейдрих немного волновался. Как-никак он нарушил запрет Гитлера садиться в кабину боевого самолета. Сейчас, когда верные клевреты уже все доложили наверх, причем каждый в соответствии со своими интересами и наклонностями, фюрер сам будет решать – насколько поверить и кому.

Гейдрих прокашлялся.

– Мой фюрер, меня спасло только то, что в Минске, из-за внезапного приступа аппендицита у командира нашего истребительного эскорта, я был вынужден занять его место и пересесть из пассажирского кресла транспортного самолета в кабину боевого истребителя.