Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Полковник почесал гладко выбритый подбородок.

– Сэр, со всей ответственностью могу заявить, дело тут нечисто.

– Что вы имеете в виду, полковник? – насторожился я.

– Вот смотрите, сэр, – мой собеседник кивнул на подбитый немецкий танк, возле которого мы стояли. – Этого парня приголубили из двенадцатисантиметровой танковой пушки.

– Полковник, а почему вы считаете, что пушка была танковой? – усомнился я. – У русских есть прекрасная пушка-гаубица примерно такого же калибра.

– Да, сэр, это так, но… – полковник Рэндолл кивнул в сторону русского села, – мы с Томпсоном облазили там все, и не нашли следов гаубичной батареи указанного калибра, выдвинутой на прямую наводку. Зато прямо по оси дороги мы нашли место, с которого велся огонь… Сэр, это или полноценный танк, или, по крайней мере, казематная самоходная пушка. Русские собрали гильзы, но подтаявший и окаменевший снег сохранил отпечатки.

– Вы уверены?

– Так точно, сэр, уверен, – кивнул полковник. – Более того, Томпсон считает, что соплеменники его матери нарочно не стали затирать все следы. Они хотят, чтобы мы знали… сами. Помните, во вчерашнем фильме…

– В каком именно, полковник? – переспросил я. Дело в том, что вчера в посольстве мы смотрели два фильма, фактически на одну и ту же тему. Один был специально для нас доставлен из Кремля и назывался «Разгром сводной танковой группы Гудериана», а другой был привезен на самолете из Анкары, его снимали сотрудники нашего посольства в Турции во время прохождения по Босфору русской эскадры.

– В первом, сэр, который о разгроме Гудериана. Там на мгновение мелькнула группа слишком уж необычных танков, – полковник замялся, – буквально несколько кадров, и очень издалека. Такие низкие, широкие машины, со сплющенными башнями и длинноствольными пушками. А дальше оператор снимал только, как один за другим вспыхивают немецкие танки. Сэр, я думаю, что это все-таки дело рук «старших братьев».

– Что за «старшие братья», Джеймс? – встрепенулся я. – Никогда не слышал о них!

Рэндолл вздохнул.

– Это все мой начальник, сэр, генерал Билл Донован, это его гипотеза.

– Какая гипотеза, полковник, можно поподробнее? – Неожиданно у меня закололо в боку. – Я тут в потемках должен разгадывать русские ребусы, а армия скрывает от меня и президента какие-то сведения?

– Никак нет, сэр, ничего мы не скрываем, – полковник изобразил на лице маску оскорбленной невинности. – Просто мы немного лучше разбираемся в военных делах, чем гражданские. Ведь удивителен не только этот показательный погром, который русские устроили джерри, удивительны все события, случившиеся в этих краях после четвертого января. Волосы дыбом встают, когда начинаешь понимать масштабы событий.