Крымский роман

Что к пропаже был причастен Хаким, Ринков не сомневался:

– Я только не могу понять, зачем он так рискует: прет два груза сразу, и как он вообще собирается его отсюда вывозить!

Какая-то мысль, даже не мысль, а намек, мелькнула у Ринка там, в Балаклаве, но он так и не смог ее уловить…

Оставшуюся дорогу они ехали молча, слушали музыку.

Наталья дремала.

Ему нужно самому сходить туда, на склад оружия.

Ребята его, разумеется, проверили, но он и не собирался проверять.

Ему нужно местность посмотреть, почувствовать это место.

Днем это делать нельзя, сегодня уже чуть не засветился, да и, может, кто за складом приглядывает. Серьезной системы охраны там нет наверняка, если вообще какая-то есть. Если Хаким там и был, то по-тихому, один раз – убедиться, что все на месте, он абсолютно уверен, что про склад никто не знает и не будет привлекать к нему внимание.

«Вот и славно! А мы сходим, посмотрим что почем. Чего его туда сегодня принесло? И ведь смог от всех наблюдателей и наших, и ваших уйти на раз, два!»

Идти ночью – это не прогулка под луной, это серьезное мероприятие, с маскировкой и кое-каким оборудованием.

Все это надо объяснить Наталье, а как это сделать – Антон еще не придумал.

Когда они вернулись в гостиницу, Наталья сразу пошла в душ, а Антон заказал обед в номер.

Номер, который он снимал, был довольно просторным.

Слева от входа располагались три двери: большая гардеробная со стеллажами для вещей, рядом – дверь в ванную с душем и туалетом, следующая дверь вела в еще один туалет. Половина выступающей стены отделяла эти двери от гостиной.

Прямо от входа начиналась большая гостиная: кожаный диван, два кресла, столик. Слева от дивана, возле половинчатой стены, – красивый комод, на нем музыкальный центр. Справа от входной двери – большой телевизор, отделенный ажурным стеллажом. В центре, занимая почти всю комнату, раскинулся большой персидский ковер. Справа – французское окно во всю стену, с выходом на балкон. На противоположной входу стене, справа – широкие раздвижные двери в спальню, постоянно открытые.

Почему-то они с Натальей ни разу не пользовались столиком в гостиной, предпочитая сидеть у сервировочного, стоявшего возле кровати. Телевизор и музыкальный центр они пока не включали, им это было не нужно.

Не зная, как ей объяснить свой ночной поход, Антон включил музыку и переставил привезенный официантом заказ на столик у дивана.

Наталья вышла из душа и воскликнула, увидев эти приготовления:

– Боже, какой политес! А я без вечернего платья!

– Ничего, ты во всех нарядах хороша! Давай поедим.

Они ели и болтали, а он так и не сказал ей о том, что задумал.

Вскоре Антон увидел, что Ната засыпает прямо за столом, поднял ее на руки, отнес на кровать, устроил поудобней, обнял и полежал с ней рядом.