Крымский оборотень

Пусть и рискованной, и во многом нежеланной, но игрой, которую, если появится хоть малейшая возможность, он заменит другой игрой…

22

К поискам гипотетического Афанасия Рыбакова смершевцы приступили немедля – время поджимало. Намечались другие дела, так что приходилось торопиться. Да и неправильно было бы медлить, когда где-то разгуливает фашистский агент, предавший сразу две подпольные группы и погубивший столько людей! Эта мысль томила и не давала покоя ни Ольхину, ни Волошко, ни Завьялову. К тому же если смершевцы шли по правильному следу, следовало торопиться и еще по одной причине. Кто его знает, для чего фашистский агент Улыбка подался в действующую армию – может быть, затем, чтобы таким-то образом половчее перебежать к фашистам? Не успел по какой-то причине этого сделать раньше, и вот, намерен наверстать упущенное…

В военкомат отправились втроем. Во-первых, могло такое статься, что придется долго копаться в бумагах, разыскивая в них гипотетические следы такого же гипотетического Афанасия Рыбакова, а во-вторых, никаких других версий покамест все равно не было.

Принял смершевцев угрюмый майор со шрамом на лице и перевязанной правой рукой.

– Что, вот так все трое и из СМЕРШа? – не поверил он.

В ответ Ольхин, Волошко и Завьялов протянули майору удостоверения.

– Действительно! – удивился майор. – Первый раз встречаюсь с вашей службой. Слышать слышал, а вот видеть не приходилось.

– Ну вот и увиделись, – улыбнулся Ольхин. – Мы к вам по делу.

– Понятно, что не на именины, – проворчал майор. – Хотя и не понимаю, какие у нас могут быть шпионы? Может быть, я? Или мои подчиненные? Ну, так мы все здесь раненые. Оттого и не на фронте. Но это все равно лучше, чем валяться в госпиталях. Вот подлечимся – и опять на фронт. Ну так где тут у нас шпионы?

– А вот сейчас мы вам объясним… – начал было Волошко, раздраженный словами и поведением майора, но Ольхин его перебил:

– Я прекрасно вас понимаю, – мягко сказал он. – Я сам три месяца провалялся в госпитале. Да и они, – он кивнул на Завьялова и Волошко, – также там побывали. Так что мы с вами на равных. А дело у нас к вам вот какое… Причем дело секретное. То есть о нем в вашем заведении должны знать только вы и больше никто. Надеюсь, вы понимаете."

"– Что такое режим секретности, я знаю прекрасно, – все так же угрюмо произнес майор. – Премного тому обучен!

– Вот и чудесно! – все тем же мягким тоном произнес Ольхин. – Тогда слушайте. Нам нужно просмотреть дела тех людей, которых вы отправили в действующую армию в последнее время. Всех симферопольцев, – уточнил он.

– Прямо-таки всех? – хмыкнул майор. – Народу-то хватает.

– Что ж поделать? – развел руками Ольхин. – Будем рыться в ваших бумагах, пока не найдем того, кто нам нужен.