Крымский оборотень

Во-вторых, для чего тогда было красть документы? Нет, он где-то рядом… И одновременно – далеко от нас.

– Это как так? – не понял Волошко. – Рядом, и одновременно далеко? Так не бывает.

– Например, записался в Красную Армию! – неожиданно осенило Ольхина. – Ну, а что? Чем не возможность спрятаться? Кто его будет искать в армии? Многие на освобожденных территориях так делают. Например, партизаны. Да и все желающие. Некоторых даже мобилизуют. Бойцы на фронте всегда нужны.

– Да, но там война… – покрутил головой Волошко.

– Когда штормит, любая гавань хороша, – усмехнулся Ольхин. – Помню, в детстве мы пели такую пиратскую песню. По-моему, это как раз и есть такой случай.

– А вот мне сдается, что это не слишком надежная гавань, – не мог успокоиться Волошко. – Потому что найти человека в армии не так и сложно. Особенно, если его призвали совсем недавно. А уж если мы вдобавок знаем, из какого города он призван, то и того проще.

– Возможно, он надеется, что мы не догадаемся о таком его трюке, – усмехнулся Ольхин. – Потому что где же это видано! Фашистский агент не пожелал убегать вместе с немцами, а записался в Красную Армию! Попробуй догадайся!

– А мы, значит, догадались? – спросил Волошко больше сам у себя, чем у кого-то из присутствующих. – Мы, стало быть, такие проницательные и умные? Ну-ну…

В ответ на это Ольхин лишь молча пожал плечами. То же самое сделал и Завьялов.

20

Став неожиданно для самого себя подпольщиком, Никита поначалу затосковал. И даже испугался. Конечно, он пока с трудом представлял, что значит быть подпольщиком в оккупированном фашистами городе, но понимал, что это – опасно. Как ни крути, а такое занятие было сопряжено с риском для жизни. А рисковать Никита любил лишь в одном случае – за бильярдным столом. Да и то какой там риск? Сегодня ты проиграл, а завтра выиграл. Тем более что выигрывал он гораздо чаще, чем проигрывал. А вот подпольная борьба – это совсем другое дело. Тут-то, пожалуй, придется что-то взрывать, в кого-то стрелять, в ответ кто-то будет стрелять в тебя… А уж это настоящий риск. Нет, это не для Никиты. По большому счету ему было все равно, при какой власти жить. Он считал, что приспособиться можно к любой власти и к любым обстоятельствам. Ну, а почему бы и нет? У него, у Никиты, мирное ремесло – игра в бильярд. Он не желает ни с кем воевать. Он хочет разъезжать по южным городам, играть в бильярд, пить вино, любить женщин. Он мирный человек.

Но вместе с тем приходилось считаться с обстоятельствами. Коль уж он записался в подпольщики, коль уж судьба распорядилась таким-то образом, значит, хочешь того или не хочешь, а придется соответствовать выбранной деятельности. По крайней мере, поначалу. А дальше – поглядим.