Крым

А поперва по-французски все что-то нам чесал, да еще эдак злобно и с выражением. В общем, мы его тут пока так и зовем: месье Ибрахим Франсуа. А кто же он на самом деле, Бог его знает.

– Та-ак… – Генрих Фридрихович плотоядно потер ладони. – А вот нам пока спешить совсем даже некуда. И разговор у нас с этим месье будет очень и очень долгим. Заходите, господин подполковник, – кивнул он прибывшему с ним вместе штаб-офицеру. – И своих людей тоже сюда пригласите. Пусть захватят с собой побольше бумаги и чернил. Нам записывать теперь много чего придется. Правда ведь, месье, вам ведь есть что нам рассказать? – кивнул он зыркающему на него из угла пленнику. – Идите, господин майор, идите по своим делам и к своим егерям, – указал он Егорову на тяжелую, обитую железом дверь. – Мы с вами еще успеем потом и чуть позже поговорить.

Глава 9. Ханская милость

Три дня «разговаривали» люди барона в крепостном каземате. На четвертый они вывели пленного на улицу. Перед Лешкой был совсем другой человек. От былой его напыщенности и злой энергии даже и следа не осталось. Месье был совсем поникшим и словно бы враз постаревшим.

– Трогайте, господа, я вас через несколько минут догоню, – сказал офицерам конвоя барон. – Ну вот, а ты говорил, что он на доверительный разговор не идет и грязно выражается, – кивнул на отъезжающих фон Оффенберг. – Тут ведь самое главное – это подход правильный найти. У каждого человека, как и у любой двери, есть свой особенный ключик, Егоров. Нужно просто правильно его подобрать. И заметь, что на нем, на вот этом самом месье, ни единой ссадины и синяка новых не появилось. Все общение у нас проходило только лишь словом единым и без помощи кулака, ну и без всякого прочего, – ухмыльнулся барон.

– Брр! – Лешке аж стало холодно от этих слов своего начальника, и он передернул плечами. – Толк-то хоть был от всего этого, ваше высокородие?"

"– А как же, конечно, был, – хмыкнул Генрих Фридрихович. – Что же мы трое суток просто так бы у тебя тут торчали? Как будто у меня и других дел нет, кроме как словеса плести в этих вот Судакских крепостных казематах. Очень интересный господин в ваши руки угодил, Егоров. Вокруг Крыма и его дальнейшего политического устройства сейчас такой клубок сплетен! О-хо-хо-о! И наше общее дело – постараться его распутать. Ну а тут такой хороший кончик из него торчит, знай только не ленись, на себя его тяни. В общем, твоя рота свое дело сделала, Алексей, все остальное дело уже будет за нами, – кивнул он в ту сторону, куда только что уехал конвой с пленными. – И для хана с его нукерами здесь тоже работа найдется. В Судаке и в его окрестностях вскрылось много затаенных и даже вполне себе открытых его недоброжелателей.