Крым наш!

Но ты об этом знаешь, об этом знает и враг. Значит, он будет готовиться к нашим действиям. Нужно еще расшатать врага, подготовить засады, многое продумать…

— Тогда мне будет любопытно послушать, что же такого могут предложить твои воины, батыр Искандер, — пробурчал сперва Алкалин, а после с улыбкой и даже несколько торжественно его слова перевёл толмач."

"— Подпоручик Фролов, доложите и покажите на карте крепость, её округу! — сказал я. — Обосливо отметьте торгово-ремесленный посад. Скажу так, что нам несказанно повезло, что у неприятеля не получилось сжечь его полностью на нашей стороне.

У нас уже была готова достаточно подробная карта Перекопа и всех укреплений вокруг. И не только укреплений, на что в своём докладе несколько и напирал Фролов. Мы с ним уже обсуждали, что можно сделать в рамках работы подразделения диверсантов. На самом деле, сделать можно было бы очень многое.

Не сказать, что крымчаки и вовсе не знают, что такое диверсионная работа. Как мне кажется, в этом деле они более осведомлены, чем даже те же самые европейцы. И это нужно учитывать. Хотя тут больше влияют все же турецкие войска и командиры.

Сколько лет, веков, татары живут рядом с казаками? А казачество редко когда было сильным в своей массе. А вот диверсионными точечными ударами, ночными набегами казаки славились. Да и самим татарам часто приходилось действовать, словно диверсанты. Однако они вряд ли ожидают грандиозного подвоха при штурме Перекопа.

К слову, один штурм уже состоялся. И мне пошло на пользу. Теперь враг не станет ожидать от нас хитрых ходов. А кто не ждет, тот слепой, сонный.

Генерал-лейтенант Леонтьев — тот самый гений тактики и якобы поцелованный Богом военачальник… Это, если судить по эпитетам и фразам, что звучали в адрес командующего после полевого сражения под Перекопом. Так вот, он оказался не таким уж и гениальным.

Насчёт генерала-лейтенанта даже мне сперва показалось, что он не такой уж и глупый. Уже и подумал, что нелинейно действует, может быть толк. Он не собирался атаковать в лоб крепости Перекопа, а прорваться на одном из участков рва и вала.

И тут сработала та самая поговорка: «гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Большими, не менее чем по полторы тысячи, отрядами крымские татары смогли быстро реагировать на почти любые попытки перебраться на другую сторону рва и вала. Уничтожали и сбрасывали в ров всех русских. А там, где ров закидывался фашинами, успевали разбирать, или обливали смолой, похоже, что и нефтью, и поджигали. Порой, когда во рву находились русские солдаты.

Попытка закидать татар артиллерийскими ядрами или дальней картечью имела крайне спорный результат.