Четвертое крыло

Джек падал по склону в лавине камней, и я знала, что это ему не пережить.

Судя по воплю Бейд за нами, она тоже это знала.

Дрожащей рукой я вернула чистый кинжал в ножны на ребрах. Сегодня кровь найдут лишь на камнях внизу, но я смотрела на свои руки так, словно это они обагрены кровью.

Тэйрн ревел — и я поняла, что это рев гордости.

«Ты — заклинательница молний!»

Глава 29

Гибель кадета — неизбежная, но приемлемая трагедия. Это прореживает кандидатов, оставляя лишь сильнейших всадников, и если причина смерти не идет вразрез с Кодексом, то любой всадник, приложивший руку к чужой гибели, не подлежит наказанию.

Майор Афендра. Руководство для драконьих всадников (запрещенное издание)

Казалось, мы сели на летном поле спустя всего минуту. А может, спустя целую жизнь. Я уже не знала.

Земля сотрясалась от мощи приземляющихся драконов, поле быстро заполнялось торжествующими всадниками из Четвертого крыла и разъяренными — из Первого. Драконы взмывали обратно, как только сходили их всадники, — за исключением Андарны, дожидавшейся между передними лапами Тэйрна, пока я возилась с ремнями и застежками.

Джек мертв.

Его убила я.

Из-за меня его родители получат письмо, из-за меня его имя выбьют в камне.

На другой стороне поля Гаррик поднял над головой хрустальное яйцо, а Даин размахивал флагом, и все Четвертое крыло с радостными воплями понеслось к ним, будто они боги.

Когда последняя застежка уступила, вес Тэйрна подо мной сместился, и я выползла из седла. Голова кружилась — из-за стресса мне было трудно удерживать равновесие, пока я пробиралась к его плечу и спешивалась.

В итоге я скатилась в грязь, упав на колени там, где у лап Тэйрна лежала Андарна, совершенно изможденная.

— Скажите, что Лиам еще жив. Скажите, что это того стоило."

"«Деи говорит, что он жив. Меч прошел через бок, ничего не задев», — ответил Тэйрн.

— Хорошо. Хорошо. Это хорошо. Спасибо, Андарна. Я знаю, что для тебя это тяжело.

Я заглянула в ее золотые глаза, и она медленно моргнула в ответ:

«Это того стоило».

Меня затошнило, во рту собралась слюна.

«Убила. Я его убила».

— Проклятье, Сорренгейл! — окликнул меня Сойер. — Молния? И ты скрывала!

Молнией я отняла жизнь.

Желудок сделал кульбит, и меня окружила тьма, но не тени Ксейдена. Это Тэйрн обнял нас крыльями, закрывая от мира, пока меня рвало всем, что я сегодня ела.

«Ты сделала то, что было нужно», — сказал Тэйрн, но это не помешало желудку снова сжаться, пытаясь выдавить то, чего уже и не осталось.

«Ты спасла своего друга», — добавила Андарна.

Наконец желудок успокоился, и я заставила себя подняться, медленно утерев рот тыльной стороной ладони.

— Тебе нужно отдохнуть, да?

«Я горжусь, что ты моя, — голос Андарны дрожал, она моргала все медленнее. — Хотя теперь мне бы не помешало помыться».