Крылья зла (ЛП)

Затем я почувствовал холодное лезвие у своей шеи.

Любой другой меч не испугал бы меня, но оружие Лусеяра не было выковано ни фейри, ни людьми. Это излучающее свет оружие было выковано самой богиней и могло оборвать мою жизнь за долю секунды.

Я замер, но не опустил взгляд. Хантир двинулась ко мне, вскарабкавшись на ноги.

— Думаешь, мне не все равно, что случится с твоим сыном? — Она выплюнула слова, словно яд. — Он предал меня. Можешь причинять ему боль сколько угодно. Я ничего тебе не скажу.

По нашей связи пробежала пульсация боли. Ее боли. Было бы практически невозможно удержать ее стены, пока она была так слаба, пока я был так близко.

Мой отец вздохнул позади меня. — Я очень долго ждал тебя, — сказал он. — Видишь ли, я терпеливый человек, но мне надоели эти игры. Как ты уже знаешь, я планирую восстановить империю Скарлата. Но для этого мне нужна ты и твоя магия.

Она рассмеялась ему в лицо. — Я никогда не буду тебе помогать. — Это моя Охотница.

— Покажи мне магию, которой ты владеешь, — рявкнул мой отец. Это был приказ архангела, от которого вибрировала сталь клетки перед моим лицом.

Она вызывающе подняла подбородок. — Нет.

Лузеяр надавил на свой ангельский меч и провел им по моей спине, как раз между крыльями. Жгучая агония пронзила мою кожу, которая была рассечена без малейшего усилия. Рубашка упала с моего тела, словно ее и не было. Я скривился и зарычал от боли, но не двинулся с места.

Не поддавайся на это, Охотница. Продолжай ненавидеть меня. Продолжай желать мне смерти.

— Может, передумаешь? — Мой отец шагнул вперед, и я смог разглядеть его краем глаза. Я осмелилась взглянуть на Хантир, которая стояла по другую сторону решетки.

Ее прекрасные черные локоны спадали на лицо, а глаза были красными от слез. Гребаные черти.

Тем не менее она посмотрела в лицо стоящего перед ней архангела и пожала плечами. — Продолжай причинять ему боль. Это становится для меня забавным.

Клинок Лузеяра снова полоснул меня, на этот раз задев основание крыла и перерезав несколько перьев. Боль пронзила все мое тело, хуже, чем любая боль, которую можно было бы причинить только моему телу."

"Я вскрикнул от боли и опустил голову, грызя внутреннюю сторону щеки. Я не стал просить их остановиться. Я не буду просить Хантир дать им ответы.

Я бы предпочел всю жизнь терпеть эту боль, чем предать ее еще больше.

— С чего ты взял, что я вообще владею магией? — спросила она.

— Мой сын говорит мне, что у тебя ее нет, но считай это догадкой.

Меня пронзила волна страха и беспомощности, исходящая от нашей связи. Когда я поднял голову, Хантир встретила мой взгляд, и ее глаза расширились от чего-то, что нельзя было назвать ненавистью.

— Я спрошу тебя еще раз, прежде чем Лузеяр снимет крылья Вульфа с его тела. Я слышал, это очень мучительно.