Крылья феникса

Вытянутый, примерно в человеческий рост, овал появился прямо в воздухе, рассыпая вокруг золотые искры.

Мне доводилось слышать, что некоторые фениксы умеют мгновенно перемещаться из одного места в другое, но наяву я такого еще не видела. Поэтому непроизвольно замерла, когда в светящемся «овале» показался мужской силуэт. После того как свет погас, силуэт приобрел узнаваемые очертания — лорда Кайла Снэша. Лорда, который находился последним в списке тех, с кем я хотела бы сейчас столкнуться.

Но я стояла посреди коридора, откуда существовало всего два пути: вперед и назад. Возвращаться было глупо, и, хотя Кайл Снэш начал стремительно двигаться мне навстречу, я продолжила путь.

Может, он вообще меня не помнит. С чего блистательному фениксу запоминать невзрачное лицо девушки из низов? В прошлый раз он просто хотел на меня посмотреть. Наверняка посмотрел, убедился, что во мне нет ничего особенного, и тут же забыл. Это у меня наша единственная встреча вызвала бурю еще долго не стихающих эмоций — все как одна негативных.

Надежда на то, что меня не вспомнят и пройдут мимо, рассыпалась, как карточный домик, когда мы с фениксом поравнялись. И вспомнил, и мимо не прошел. И за руку схватил, потянул на себя, вынуждая остановиться, чего я никак не ожидала.

Солнечный луч, прошедший сквозь оконное стекло, отблеском отразился от насмешливых, направленных на меня глаз. Я, как будто в замедленном сне, увидела и его, и кончики собственных взметнувшихся волос, с которых неожиданно соскользнула лента. А может, он за нее дернул и я просто не заметила?

— Ну здравствуй, мышка, — усмехнулся лорд, неуловимо оттеснив меня в сторону.

Я оказалась прижата спиной к стене, а он небрежно уперся в нее одной рукой и, нависая надо мной, смотрел сверху вниз.

— Что вам нужно? — Я уткнулась взглядом в его подбородок.

— Мне скучно, — подцепив кончик моей частично расплетенной косы, Кайл пропустил пряди через пальцы, расплетая ее окончательно. — А ты забавная. Самая настоящая мышка, но что-то такое в тебе есть…

Я только открыла рот, намереваясь ответить, когда он внезапно произнес:

— Развлеки меня.

И снова этот тон — насмешливый, уверенный, с отчетливым оттенком скуки.

— Я вам не цирковая обезьянка, — процедила, с трудом сдерживаясь, чтобы не высказать все, что думаю.

— Конечно нет, — склонившись чуть ближе, согласился феникс. — Ты мышка. Серая храмовая мышка, у которой нет ни нормального дома, ни семьи. Ни происхождения, ни богатства, ни даже выдающейся внешности. Но тебе дважды повезло, мышка. Ты попала в институт и риах знает чем привлекла мое внимание. Пожалуй, я не прочь уделить тебе немного времени. Ну же, — в направленных на меня глазах плавилось золото. — Я не обижаю мышек. Если мне понравится, даже щедро вознагражу.