Крылья для ведьмы

Тусклое пламя выхватывало лишь крохотное пространство вокруг. Все остальное утопало в непроглядном мраке, который сейчас явственно посерел. Как будто в крепкий черный кофе кто-то тонкой струйкой добавил молока."

"Я с трудом подняла голову. Тупо уставилась вперед, не сразу сообразив, что вижу.

Окна. Через несколько пролетов в стенах начинались окна. Очень узкие, больше похожие на бойницы, затянутые толстым непрозрачным стеклом, сквозь которое с величайшим трудом просачивались алые всполохи.

Неужели уже рассвет? Или это закат следующего дня? О боги, у меня такое чувство, будто я целую вечность блуждаю по этому проклятому подземелью, силясь выбраться.

Кстати, а почему меня никто не ищет?

Я нахмурилась от посетившей меня простой мысли. И действительно, неужели Элден еще не обнаружил моего исчезновения? Как-то странно все это.

«А ты уверена, что все это происходит в реальности? — забубнил внутренний голос. — Однажды ты уже пережила похищение. Правда, выяснилось, что ничего не было. И все твои страдания, переживания и долгое заточение — лишь искусная фантазия, в которую тебя заставили поверить».

Я криво усмехнулась. Посмотрела на свои руки в грязных, багрово-черных от запекшейся крови повязках, на изорванную испачканную юбку. Как-то не очень похоже на очередную пакость от Дэниеля или Артена. Потому как это слишком жестоко даже для них. По всей видимости, Фредерик действительно придумал достаточно убедительную ложь, чтобы объяснить мое исчезновение. Ну а остальные, занятые важными государственными делами, не стали проверять его слова. Фредерик вне подозрений. Никто и понятия не имеет о том, что он и был таинственным союзником Каролины.

И я со всей возможной скоростью заковыляла вперед. Как бы то ни было, но скоро я получу ответы на все свои вопросы.

Подъем теперь шел бойче. Вскоре я вовсе погасила искорку, потому что света, пробивающегося через окна, стало достаточно. И вот, наконец, я остановилась на самой верхней площадке. Только отойдя от края ступеней на достаточное расстояние, позволила себе обернуться и с опаской взглянуть на проделанный путь.

Увы, я увидела лишь несколько витков лестницы. Подножие ее скрывалось во мраке, таком плотном и густом, что он казался темной непрозрачной водой глубокого омута.

Даже не верится, что совсем недавно я упорно пробивалась через него. Пробивалась — и все-таки выбралась!

На трясущихся ногах я подошла к двери. Сначала легонько толкнула ее, но она и не думала открываться.

Неужели ещё одно испытание? О нет, у меня больше не осталось сил для этого!

Чуть не плача, я навалилась на дверь всей тяжестью своего тела. И с душераздирающим скрипом давно не смазанных петель она поддалась.