Кружок экстремального вязания

Я вернулась в столовую и увидела парня, который в прихожей проверял пригласительные билеты. Он громко и четко произнес:

– Великая княгиня Эмма фон Губерштаут, владелица всех земель поселка, желает лично поприветствовать гостей!

Глава девятнадцатая

Галдеж в столовой стих, наступила полная тишина. В момент, когда она стала тягостной, в комнату медленно вплыла Гортензия. Выглядела моя родственница и подруга сногсшибательно. На ней красовалось ярко-красное платье с широкой длинной юбкой. Его верхняя часть подчеркивала тонкую талию – похоже, под лифом был туго затянут корсет. На шее у Горти сверкало бриллиантовое ожерелье, и было понятно, что крупные камни – не стразы. В ушах у «княгини» сверкали рубиновые серьги, на голове сидела диадема, стоимость которой я даже боюсь предположить. Правой рукой она держала собачку Генри.

Псинку Горти подобрала пару месяцев назад на помойке. Кто-то из предков малыша, похоже, был йоркширским терьером, поэтому шерсть у него – как у породистого пса. Гортензия возит Генри в салон, и оттуда он выходит прямо настоящим йорком.

Тишина стала гробовой. Похоже, все присутствующие дамы, коих было большинство, вмиг поняли, что если сложить вместе стоимость их нарядов, украшений, обуви и сумок, то на эту сумму не приобрести даже ошейник собаки, который украшали изумруды.

– Добрый вечер, господа, – ласково промурлыкала Горти. – Приятно, что вы решили посетить один из домов моей любимой родственницы великой принцессы Евлампии Вульф, которой я подарила, не помню, сколько гектаров своих владений.

Кто-то схватил меня за руку и потянул в коридор, шепча на ходу:

– Не пугайся, это Жора! Шевели ластами! Нам в туалет!

Ничего не понимая, я пошла вместе с мужем Горти в санузел первого этажа и обнаружила там мантию из белого меха, висящую на вешалке для полотенец. На раковине стоял чемоданчик из крокодиловой кожи.

– Давай набрасывай шкуру невинно погибшей зверушки, – прогудел Жорик. – Сейчас все от зависти удавятся!

– К чему этот спектакль? – заморгала я.

– Чтобы уесть и выгнать дур, – отрезал Жорик, открывая чемоданчик. – Еще вот на башку эта фигня, никак не могу запомнить, как она называется.

– Диадема, – вздохнула я. – Ты ее из музея украл?

– Не, – рассмеялся Жорик. – Заказал у ювелира для Горти на какую-то годовщину свадьбы. Не мешай ей сейчас! Дай моей бабе повеселиться! Наряжайся!

И тут меня осенило.

– Ты случайно не знаешь человека по фамилии Хряк?

– Встречались пару раз, только он лет десять назад куда-то смылся. И Хряк – это погоняло. Поняла? Кличка! Настоящее имя никто не знает.

– Можешь подсказать, где найти дядьку? – обрадовалась я.

В дверь постучали.

– Кому чего надо? – рассердился супруг Горти.

– Это я, – зашептала Роза Леопольдовна.