Танец кружевных балерин

Возможно, причиной отказа тормозов была стремительно меняющаяся вокруг жизнь. Доктор Александра Белокопытова практически кожей испытывала чувство нарастающей опасности. Иногда ей казалось, что все вокруг сошли с ума и она существует внутри сумасшедшего дома, ограниченная его стенами и не имеющая возможности выбраться на свободу.

Даже ее мудрые любящие родители были подвержены всевозрастающему градусу безумия, и Саша понятия не имела, как это остановить. Иногда ей начинало казаться, что это с ней что-то не так, потом накатывало резкое чувство бессилия от того, что она не может ничего изменить, и отчаяние, что так неумолимо уходит время, последнее, отмеренное ей природой время до старости, которое она вынуждена тратить на негатив.

Иногда Саша просыпалась ночью и размышляла о том, как она вообще могла допустить, чтобы с ней произошло все это. Почему она не предусмотрела все возможные варианты, не предприняла никаких попыток что-то изменить, пусть не для себя, что уж теперь, если впереди ничего, кроме старости, но хотя бы для единственной дочери, для Алисы, которая как раз жила так, как будто ничего страшного не происходило.

Поколение тридцатилетних вызывало в ней живейший интерес, потому что их жизненные установки, которые невозможно было даже назвать принципами, не подвергались ни анализу, ни логике. Они продолжали работать, зарабатывать деньги, вечерами ходить в бары и рестораны, где было не протолкнуться именно от молодых, красивых и ярких людей, весело смеющихся, активно жующих и горячо обсуждающих что-то поверхностное, не имеющее никакого значения.

Это поколение было… легким. Да-да, именно легким, потому что привыкло жить не задумываясь, точнее даже, скользить по поверхности жизни, едва ее касаясь, чтобы не взбаламутить, не поднять волны. Без цели. Без принятия ответственности за другого. Без чего-либо, хотя бы отдаленно напоминающего страдание. Поколение бабочек."

"Готовность вырваться из состояния оцепенения, в котором она находилась, возникло у Александры вскоре после того, как она побывала в гостях у Шуваловых, в загородном доме, куда ее пригласила одна из пациенток. Вообще-то сближаться с пациентами было не в ее правилах, но Анна Валентиновна Шувалова Саше нравилась: милая, утонченная, образованная женщина, избежавшая старческой невыносимости. И дом у нее был на берегу Финского залива, в сосновом бору, а Саша любила бывать в тех местах, жаль, нечасто получалось.

Дом оказался гостеприимным, сын и невестка Шуваловой вполне приятными людьми, ужин великолепным, и о принятом приглашении Саша не жалела ни минуты.