На крутом вираже

Теперь нам нужно выявить противоречия в показаниях всех жителей этого дома и дальше проводить новые беседы, обращая внимание уже на эти противоречия. Некоторые из наших собеседников нам лгали, нужно разоблачить эту ложь и добиться правды. В общем, нам нужно все это тщательно проанализировать.

Глава 22

– И с чего мы начнем? – спросил капитан. – С самого начала, с первого эпизода?

– Нет, сейчас мы будем разбирать события не в хронологическом порядке, – ответил Гуров. – Надо найти противоречия в показаниях свидетелей и сосредоточиться именно на этом. Вот скажите оба, кто из допрашиваемых вам больше всех врал?

Капитан и лейтенант переглянулись, потом Коптелов неуверенно ответил:

– Мне кажется, никто особенно и не врал… Все было довольно связно, логично…

– Такого просто не может быть, – убежденно заявил Гуров. – Вот мне, например, врали многие. И больше всех… Хотя нет, не буду говорить вам свои выводы. Давайте пойдем другим путем. Вот вы сейчас допрашивали повара. Наверняка вы его спрашивали, в том числе и о том, кто вчера заходил к нему на кухню перед ужином и во время ужина. Спрашивали?

– Да, конечно! – подтвердил Мироненко. – Это был один из главных вопросов, который нас интересовал.

– И что он вам ответил?

– Что заходила Настя, потом охранник, еще садовник Николай – он пришел узнать, когда будет ужин для обслуги… А еще заглянул секретарь Селезнева, Аркадий.

– Что же ему было нужно?

Лейтенант повернулся к Коптелову:

– Вы не посмотрите, что ответил Аркадий?

– Мне и смотреть не надо, я и так помню, – усмехнулся капитан. – Повар показал, что секретарь сказал ему следующее: кто-то из участников ужина попросил средство от изжоги, может быть, обыкновенную соду. Вахтанг удивился – ведь сейчас полно современных средств, – но все же поискал соду и дал секретарю.

– И он ушел, унося соду?

– Да, именно так.

– Так вот, скажу вам следующее. Да, участники ужина показывают, что Аркадий выходил из столовой во время ужина. Но выходил вместе с Ксенией Селезневой. По его собственным словам, «чтобы подышать свежим воздухом и пообщаться». Он дал мне понять, что между ним и дочерью хозяина достаточно близкие отношения. И категорически отрицал, что мог вернуться один. По его словам, они как вышли вместе с Ксенией, так и вернулись вместе. Ни о какой соде в его рассказе речь не шла. Стало быть, какой вывод мы должны сделать?

– Что у секретаря господина Селезнева дырявая память, – ответил Мироненко. – Или что он лжет.

– Вот именно! Я склоняюсь ко второму – секретарь лжет. Зачем? Это важно установить. Идем далее. Аркадий мне сказал, что когда они во время ужина вышли с Ксенией «пообщаться», то вернулись вместе. А я помню, охранник Громов говорил мне, что Ксения вернулась в дом одна.