Крутой. Право на любовь

– Ой, да забудь ты про нее! – мужчина кривится, а после стягивает с меня кофточку. – Она больше не придет.

Лучше бы она вообще исчезла и не нервировала меня, но пока и этим довольствуемся. А так же медленно движемся в спальню, на ходу лишая друг друга одежды. Надо же, ясный день. Даже шторы на окнах не закрыты.

– Может… как-то… без света? – я с трудом понимаю, что говорю, но в ответ слышу лишь смешок.

– Я хочу тебя видеть всю!

Прямо чувствую, как алой краской щеки покрываются. Да и не только они! Вот не может этот высокомерный Крутой промолчать! Обязательно надо меня поддеть! Еще и жадным взглядом рассматривает мое тело, от чего это самое тело покрывается мелкой дрожью.

Еще вчера я его ненавидела. Потом… он меня дико раздражал. Уже к вечеру поняла, что он – мой единственный шанс на спасение. Хотя бы на одну ночь. А сейчас…

“Какая-то я непостоянная! Но от ненависти до любви…”

– Похоже, мы снова остались без завтрака! – на лице мужчины расплывается ехидная улыбка, а его лицо медленно приближается к моему.

Дышать тяжело, в горле застывает невидимый комок, и я, как ни странно, готова.

– Слушай, а аристократы суши по утрам едят? – я ехидничаю, засовывая в рот очередную порцию риса с рыбой. – Или это только шампанского касается?

– Аристократы по утрам едят овсянку, – Костя сидит сбоку от меня, согнув одну ногу в колене и пристроив на ней руку. – А у нас сейчас…

Почти обед. Плавно перетекающий в ужин. В общем…

– Ты вроде хотел поработать, – наблюдаю за Костей исподлобья, прячась за очередной порцией суши.

– Я вроде просил тебя помолчать, – вторит мне мужчина, копируя мою интонацию.

Ну да, просил. Раз так двадцать, если не больше. Сначала, когда я переживала, что в комнате светло. Неуютно себя чувствовала, отсюда и задавала глупые вопросы.

– Расслабься… И помолчи…

Затем, когда лежали, уставшие, рядом, меня как будто прорвало. Вопросов стало еще больше. И тоже глупых.

Но это уже от страха, что мое хрупкое счастье сейчас вот-вот растает. Растворится в воздухе, оставив после себя легкую дымку.

И я проснусь. Вернусь в злободневную реальность, от которой ни спрятаться, ни скрыться. Нет ни единого укромного местечка, куда можно сбежать.

Разве что этот дом. Который в одночасье стал почему-то для меня родным…

– Если я буду молчать, то мы умрем от скуки, – я расплываюсь в ехидной улыбке и подмигиваю мужчине. – Скажи, что я не права?

– Права, – на каком-то автомате отвечает Костя, хотя по лицу видно, о чем-то мужчина задумался.

– Ты в азартные игры играешь? – я продолжаю подкалывать, пытаясь хоть как-то расшевелить своего спутника. Уж очень он задумчив и молчалив, еще и не ест ничего, хотя тут можно роту солдат накормить.