Круто ты попал!

Понимаешь?

Морриган задумчиво смотрел, как Аш-Арбиэль поднимается по ступенькам к остальным, и о чём-то напряжённо думал. Бенджи хотел пойти познакомиться с кем-нибудь, но тут наступила абсолютная тишина, в которой очень громко прозвучало сказанное кем-то из девушек «ой!».

Бенджамин повернулся и с трудом поборол желание нервно хихикнуть: в дверях общежития стоял, протирая глаза и потягиваясь, облачённый в роскошный шёлковый халат, расшитый сказочными птицами, Огюст Стендридж.

– Ну, и почему с утра такой шум? – спросил он, зевая и прикрывая рот унизанной кольцами рукой.

Через какое-то время его, видимо, заинтересовала наступившая вместо разбудившего его шума подозрительная тишина, и Огюст наконец-то соизволил оглядеться. Он медленно обвёл взглядом площадку перед крыльцом, на которой столпились замершие студенты, потом так же заторможенно повернулся к стоящим на крыльце руководителям академии, которые с искренним интересом за ним наблюдали.

– А почему все тут? – моргнув, спросил Огюст и хотел отступить назад в коридор, но за ним каким-то неведомым образом уже материализовался капитан Харви, и пути к отступлению были отрезаны.

– А у нас тут тренировка, – очень спокойно и даже доброжелательно произнёс в абсолютной тишине лейтенант Аш-Арбиэль, но от этой доброжелательности у Бенджи, да и не только у него, наверное, по спине пробежали мурашки.

Снова повисла тишина, которую нарушал только шелест падающей листвы.

– Халатик симпатичный, да? – ректор повернулся к крепышу. – И птички такие… миленькие. Как считаешь?

– Не стану спорить, – согласился тот, даже не стараясь скрыть предвкушающую улыбку, от которой Огюст как-то слегка сдулся и явно занервничал. – По-моему, это наш, бертринский, шёлк, но я не уверен: слишком много золота. Но в любом случае это, несомненно, новое слово в области одежды для пробежек и тренировок. Очень… ммм… смелое такое слово! Я бы даже сказал – революционное!

– Ну что, господа первокурсники, чего стоим? – лейтенант повернулся к студентам, которые наблюдали за то бледнеющим, то краснеющим Огюстом очень по-разному: кто-то язвительно ухмылялся, кто-то явно вздыхал с облегчением от того, что успел выбежать вовремя, но были и сочувствующие взгляды. – Три круга вокруг замка, потом собираемся здесь на тренировку. Всем понятно? Бегом марш!

Студенты с искренним недоумением наблюдали за тем, как первым отозвался на команду лейтенанта сам ректор и, легко сбежав по ступенькам, неспешно, размеренно дыша, побежал по тропинке вокруг замка. Вплотную за ним бежал крепыш, бывший, судя по всему, тем самым бертринским принцем Хасидом, который отказался от прав на корону и полностью посвятил себя финансовым делам академии.