Крутая дамочка, или Нежнее, чем польская панна

Таське было приятно услышать похвалу этой женщины, показавшейся ей воплощением столичного стиля.

– Куда мы едем? – спросила Аля, когда Марго вырулила со стоянки.

– На дачу. Я не помню, ты бывала у нас на даче?

– Господи, как изменилась Москва! – потрясенно ахала Аля, а Таська, не отрываясь, смотрела в окно. Но при этом мало что видела, ей было страшновато и в то же время радостно. Что будет, что за наследство оставил ее родной дед, о существовании которого она узнала лишь на прошлой неделе. И как примет ее новоявленная родня? И столичная девчонка Тошка, у которой, впрочем, так же как и у нее, нет отца… А тетя Марго – классная, красивая, стильная, одета дорого, машина дорогая, БМВ, маникюр – закачаешься, голос – отпадный, вообще, она суперская, хоть и немолодая. Есть еще и дядька, по имени Лев, и еще всякая родня… Интересно, ох как интересно, а главное – Москва!

А между прочим, у тетки на пальце обручальное кольцо, значит, есть муж, вряд ли она сама заработала себе на эту крутую тачку, хотя такая может… Есть в ней крутезь, есть… Я хочу быть такой, как она, и чтобы не зависеть от мужа и вообще. У нее даже если есть муж, она вряд ли от него зависит.

– Нуцико, скажи, а почему дед поссорился с дядей Сережей?

– Да я толком не знаю, спросила бы лучше у мамы.

– Мама какую-то пургу гонит.

– Мамы, они всегда пургу гонят, считают, что их чадам нельзя знать правду об этой жизни, а потом дети вырастают и расшибают себе лбы об эту самую правду жизни.

– А в чем она состоит?

– Вообще или в частности?

– Слушай, Нуцико, если не хочешь отвечать на мой вопрос, так и скажи.

– Я просто не могу на него ответить. Когда Марго перевезла нас с Эличкой в Москву, Сережа уже был в опале, а нам тогда было не до подробностей чужой жизни.

– Знаешь, Нуцико, это свинство.

– Ей Богу, Тошенька, я не знаю, спроси у Элички, твоя мама с ней в сто раз откровеннее, чем со мной. Будь добра, принеси мне пачку сигарет, у меня в сумке возьми.

– Как выясняется, теперь вредно еще и есть, и дышать, не лишай меня последнего удовольствия в жизни.

– Нуца, а почему тетя Эличка так вкусно готовит, а ты не умеешь?

– Потому что я умнее.

– То есть? – засмеялась Тошка.

– Я рано поняла, что если ты умеешь готовить, то так до смерти и простоишь у плиты. Вот к примеру, я сейчас сижу в саду, в качалке, болтаю с любимой внучатой племянницей, а Эличка в поте лица трудится на кухне.

– Ты поэтому и замуж не выходила?

– Именно поэтому! Я всю молодость провела на раскопках, мне это было в сто раз интереснее, чем пятнадцать рецептов сациви…

– Но Эличка ведь тоже работала…

– Эличка врач, и к тому же детский, и ей просто положено было заботиться о желудочно-кишечном тракте своей семьи.