Ультиматум крупного калибра

– Не шевелись понапрасну, я сам, – сказал Рябов и принялся шарить у Муромцева по карманам. – Кажется, вот она… Сейчас проверим, цела ли.

Рация оказалась неповрежденной, и это было сродни чуду. Все-таки Муромцев катился вместе с нею кубарем по лестнице, спасаясь от взрыва, затем – в него стреляли и даже попали, а если попали в него, то запросто могли попасть и в рацию. Но все обошлось – рация была цела. И это существенно облегчало задачу поиска Богданова и двух других членов группы. Конечно, если только у них с рацией ничего не случилось. Если же случилось, то придется экстренно придумывать, как разыскать Богданова, Дубко и Павленко другим способом.

Но вначале Рябову и Дубко нужно было избавиться от джипа. Конечно, он очень им помог, вывез из-под огня и в буквальном смысле спас им жизни, но теперь он же мог их и погубить. Наверняка американское командование опомнилось и разослало по всем постам, дорогам и окрестностям указания: разыскивается угнанный с базы «Голубые цветы» армейский джип номер такой-то с двумя личностями, которые обоснованно подозреваются в диверсионном акте, выведшем базу «Голубые цветы» на долгое время из строя.

Скорее всего, сейчас американские солдаты вместе с западногерманскими солдатами и полицейскими рыщут по всем дорогам, пытаясь напасть на след угнанного джипа, а вместе с ним – и на след двух диверсантов, один из которых тяжело ранен. А если так, то Рябову и Муромцеву необходимо срочно прощаться с джипом-спасителем и надежно его спрятать. А там – пускай его поищут…

Рябов завел мотор и, ничего не объясняя Муромцеву, тронулся с места. Впрочем, в объяснениях никакой надобности не было: Муромцев в данной ситуации думал точно так же, как и Рябов.

Ехали они недолго. Недалеко от дороги Рябов заметил какое-то строение – то ли сарай, то ли заброшенный склад. Судя по внешним размерам, строение вполне годилось, чтобы спрятать внутри него автомобиль.

Выйдя из машины, Рябов подошел к строению поближе. Да, сарайчик казался волне вместительным. При нем даже имелась ржавая металлическая дверь, висевшая на одной петле. Рябов толкнул ее, затем – приналег на нее всем телом. Нехотя, с унылым скрежетом дверь отворилась. Не полностью – но Рябов вполне мог протиснуться в образовавшуюся щель, чтобы посмотреть, что находится внутри. Там, за исключением нескольких мятых железных бочек, ничего не было. И это было замечательно, это было еще одной спасительной удачей для Рябова и Муромцева. Укрыть в таком сарайчике джип не составляло большого труда. Конечно, для этого надо было отворить дверь пошире, но это уже была такая мелочь, что о ней можно было и не думать.

Однако думать пришлось, потому что дверь не хотела открываться на всю свою ширину.