Круг перемен

Едкий дым залеплял глаза и разъедал лёгкие. Инну с Олегом толкали со всех сторон, выдавливая из вагона наружу. Девушка вцепилась в его руку, мешая проходу. Пассажирка рядом была в крови от осколков стекла, но лицо казалось спокойным, словно застывшим в мертвенно-бледной гримасе. Она вслепую пыталась дотянуться до поручня, но рука хватала воздух и бессильно падала вдоль тела. Инна пропустила женщину вперёд себя, с трудом возвращаясь в действительность.

Дверь соседнего вагона была выворочена взрывом и покорёжена. Кругом слышались стоны, крики, плач. Прямо поперёк платформы лежала старуха, и из-под её головы растекалась лужа крови. Инна узнала ту самую бабку, из-за которой они ушли в соседний вагон.

Молодой мужчина выползал на перрон на четвереньках. Его подхватили два парня и повели в сторону, а он тряс головой и быстро бормотал какие-то бессвязные слова. Работники метро и пассажиры, оказавшиеся рядом, помогали пострадавшим. Прислонясь к колонне, сидела женщина с девочкой на руках. Около них на коленях стоял медик в белом халате.

— «Скорую», врачей! Сюда! Сюда! — на бегу кричала дежурная по станции.

Инна заметила, что по противоположной ветке поезд пролетел станцию без остановки.

Она старалась сфокусировать взгляд: окружающее просматривалось тускло, как сквозь грязную полиэтиленовую плёнку. И хотя ноги подкашивались под коленками, она наклонилась и подала руку старику, который силился подняться.

Подошва поскользнулась на размазанной крови, она обернулась к Олегу:

— Олег, помоги!

Он слабо покачал головой, сжал пальцами виски и необычно тягуче произнёс:

— Я не переношу вида крови. Меня сейчас вырвет.

— Иди, девушка, я сам поднимусь, — прохрипел старик. — А то твой муж сейчас в обморок хлопнется. — Он тяжело поймал ртом воздух и схватился за грудь. — Похоже, у меня рёбра сломаны.

— Инес, мне плохо, — простонал Олег.

Его кожа приобрела цвет пепла, а глаза стеклянно застыли в одной точке. Тяжестью тела он навалился Инне на плечи, и она по-черепашьи потащила его к эскалатору, который работал только на выход. Тревожно переговариваясь, навстречу им спешили медики, полиция, спецслужбы метрополитена. Шум в ушах расширился до противно-истошного визга, словно мокрой ватой заполняя собой всю голову.

Инна постаралась сосредоточиться. Только бы не уронить Олега… Сознание расслаивалось, чётко впечатывая в память мелочи, наподобие пушистого синего хвостика, что вместо брелка болтался на чьей-то сумке, и длинной царапины на чёрной ленте поручня эскалатора."

"Удивительно, но она не упала и не сбросила свою ношу в виде обмякшего Олега, а вытащила его на улицу и остановилась, не соображая, что делать дальше.