Ближний Круг

Красота заключалась в том, что маги, представляющие большинство в кругу, не могли спокойно почивать на лаврах. Теоретически, каждый год они могли вылететь в трубу все, и их место могли занять другие. Как мне объяснял дед, раньше всё само по себе приходило к балансу. Чёрных и белых магов оказывалось поровну. Иной год было на одного белого мага больше, другой — на одного чёрного. Всё это оказывало малозначительные воздействия на внутреннюю политику. Но в последний раз чёрные маги получили серьёзный перевес, а в этом ожидалось, что перевес достигнет вовсе немыслимых величин.

Поединки проводились здесь же, в центре огромного зала — дед назвал его парадным. Зрителей никак не отгораживали. Эх, видели бы это главы Концернов, с их параноидальной заботой о безопасности жителей «белых» секторов! В этом мире, как я заметил, к человеческой жизни в принципе относились попроще. Может, поэтому и жить было, в целом, интереснее. Вольготнее… По крайней мере, здесь мне не хотелось уйти в подполье и, с автоматом в руках, пускать под откос поезда.

— На испытание приглашаются, — провозгласил распорядитель, стоявший у подножия трона императора, — князь Иван Фёдорович Дашков, чёрный маг, ближний круг. Князь Пётр Николаевич Воронцов, белый маг.

Дашкову было на глаз где-то под сорок. Он носил аккуратную бородку, придававшую его длинному бледному лицу что-то дьявольское. Судя по движениям, он не пренебрегал физическими упражнениями. На поясе у него висела сабля в золочёных ножнах и с такой же золочёной рукояткой.

Когда вышел Воронцов, я прикрыл глаза. Это был старик, лет восьмидесяти. И пусть на ногах он держался твёрдо, но я готов был поспорить, что утренний подъём с постели давался ему непросто. И пусть битва будет магической, но всё же… Недаром говорят: в здоровом теле — здоровый дух. А глядя на князя Воронцова, нельзя было не задаться риторическим вопросом: в чём там вообще душа держится…

У Воронцова тоже была сабля, тоже красиво отделанная, только не золотом, а — серебром.

— Старые представители родов выходят вместо молодых, — тихо сказал над самым моим ухом дед. — Если бы не ты, сегодня я бы вышел на это ристалище позора.

— Думаешь, Воронцов проиграет? — спросил я, хотя сам в этом не сомневался.

— А что ему ещё остаётся? Насколько я слышал, старый князь уже даже огонь зажигает с трудом.

Битва началась. Дашков не стал ждать от соперника первого хода. Он взмахнул рукой, и в ней появилась полупрозрачная сабля. Несколько быстрых движений, и перед ним завертелся чёрный вихрь. Теперь я отчётливо ощутил дуновение. Не только силу, но и движение воздуха, говорящее о том, что в этот раз всё — материально и способно нанести вред.

Сотворённый вихрь полетел к Воронцову. Старик был к этому, очевидно, готов.