Ближний Круг

Покушение — заказное, это ясно. Кто-то очень не хотел, чтобы мы с дедом попали на церемонию. Узнать бы ещё, кто…

Забрать с собой оглушённого, чтобы позже допросить? Я взглянул на тело под ногами, которое как раз попыталось шевельнуться. Представил себе, как мы, всем торжественным кортежем, транспортируем его в Императорский Летний дворец. Поморщился.

При всей лояльности Государя к нашему роду, вряд ли подобный фокус пройдёт незамеченным. А недоброжелателей у Барятинских и без того хватает. Скандал, статьи в утренних газетах, что тут у них ещё положено… Нет уж. Пусть все трое остаются здесь. Видно, что это — рядовые исполнители. Вряд ли кто-то из них напрямую знаком с заказчиком. А вот обыскать их не помешает.

Документов ожидаемо не обнаружилось ни при ком из троих. Я забрал винтовки, подсумки с патронами и тонкий стилет, на удивление неплохо сработанный. Когда расстегнул куртку оглушённого парня, чтобы обшарить внутренние карманы, из-за ворота рубахи выпал медальон, висящий на шнурке. Серебряный, размером с крупную монету. С гравировкой на крышке — оскалившийся тигр с длиннющими клыками.

Медальон был открыт. Внутри — пусто, если не считать странных следов. Пепел?.. Я поднес медальон ближе к глазам. Точно, пепел. Как будто содержимое медальона вспыхнуло и мгновенно погасло.

«Часы! — вдруг осенило меня. — Золотые часы из сейфа Комарова, „единственная память о покойном батюшке“! Кажется, медальон — похожий амулет. То-то его хозяин так быстро приходит в себя…»

Парень как раз приоткрыл мутные глаза.

— Имя? — резко спросил я.

— Ге… — заикнулся он. — Герасим.

— На кого работаешь?

В глазах у парня мелькнул страх.

— Нельзя! — это было всё, что он успел выпалить. После чего снова потерял сознание.

Хм-м. Мне доводилось сталкиваться с подобным раньше. Стоп-вопрос, внедряемый в сознание разведчика. Вопрос, на который нельзя отвечать… В моём мире такие операции проводили с помощью гипноза, это была редкая и дорогая штука. Здесь, вероятно, подобного эффекта достигали с помощью магии.

Впрочем, результат один и тот же. Этого парня можно хоть ломтями настрогать — на вопрос, кто его хозяин, он не ответит. А вот с помощью медальона, возможно, и удастся что-то выяснить.

Я оборвал шнурок и спрятал медальон в карман.

Можно было бы долго расписывать отличия моего родного мира от того, в котором судьба назначила мне прожить вторую жизнь, но ярче всего эту разницу можно было ощутить на примере случившегося. В моём мире после такого покушения распорядок дня людей любого уровня изменился бы кардинальным образом. Но не здесь.

Едва лишь схлынула горячка битвы, дед достал из нагрудного кармана часы, отщёлкнул крышку и объявил:

— Если не поедем прямо сейчас, можем опоздать к церемонии.