Не кровный Брат

Прекрасно понимаю, куда он поехал, и не знаю, чем теперь закончится это всё.

Спустилась вниз и при свете ночника и телевизора завернулась в плед на диване. Опять холодно стало, знобит. Не хватало ещё заболеть, и не мудрено после почти получаса в холодном лесу.

Что же я наделала? Совсем заигралась с этим Красновым. Говорила сама не раз Литвиновой, что люди — не игрушки, а сама поступила не лучше. Понимала, что плохо кончится это, и всё равно делала. Сама не могу до конца объяснить, что мной руководило.

Хотелось вызвать ревность? Да. Мне нравится, когда Кирилл ревнует. Я чувствую его живые эмоции в эти моменты, я чувствую, как небезразлична ему. И всё же было жестоко использовать ради этого третьего. Третий — всегда лишний. Не могу сказать, что Краснов не прав полностью. В чём-то я, безусловно, заслужила то, как он со мной поступил.

Теперь втянула в это и Кирилла. Когда он уже вернётся, чёрт его дери?! Воображение рисовало не лучшие картины того, что могло происходить сейчас. Вряд ли они тихо-мирно поговорят и разойдутся…

Когда услышала рёв мотоцикла, побежала немедленно к двери. В окно ничего не было видно, кроме тёмного силуэта парня в свете фар. Ну раз доехал сам — однозначно, жив! Как ещё нас не услышали родители, и не выскочили в коридор — удивительно. Наверное, привыкли к поздним приходам сводного брата домой, и им в голову не могло прийти, что у нас произошло на самом деле…

Он зашёл со стороны гаража и я кинулась к нему, но тут же шарахнулась в сторону.

— Кирилл… Блин, это Краснов?!

Даже при тусклом свете ночника я видела кучу ссадин на лице, а руки вообще в крови… Перевела взгляд на его сбытые костяшки пальцев, вымазанные алой субстанцией, и крик застрял в горле. Я всхлипнула и прижала ладонь ко рту, в ужасе уставившись на Кирилла, которого явно всё ещё одолевали не самые приятные эмоции.

— Не пугайся, все живы. Мне нужно обработать ссадины."

"Направился в свою комнату, я побрела за ним. Он не возражал, и вообще никак не отнёсся к тому, что я ходила следом, и даже в ванную зашла, где парень промывал в раковине раны, скинув с себя испачканную кровью куртку и бросив её на пол.

— Поможешь? — спросил Кирилл, протягивая мне перекись и вату.

— А… да, давай.

Парень уселся на диван, я встала рядом с ним. Дрожащими руками смочила ватный диск перекисью и приложила к одной из ссадин. Сводный брат не издал ни звука, лишь сморщился немного и сжал губы плотнее.

— Сильно больно, да? Прости.

— Забей. Продолжай.

Я старалась максимально аккуратно обработать все ранки на лице, разбитые губы, а потом взялась и за пальцы.

— Не надо, я сам, — вырвал он руку.

— Но я хочу, — упрямо взяла обратно его ладонь.

Присела рядом и положила себе на колено. Промыла сбитые костяшки и пальцы на одной руке, и на другой.