Кровник

Я убрал руку, и она шепотом спросила:

– Ты русский разведчик, да?

В голосе ее, как ни странно, я уловил скорее любопытство, нежели страх.

– Ну вот, здрасьте! Откуда ты взяла, что я русский разведчик? – удивился я. – Я что, плохо говорю по-чеченски?

– Ты говоришь по-нашему, как русский, – сообщила мне женщина. – Так что – ты русский?

– Вспомни август прошлого года, – не стал отпираться я. – Вспомнила? Я тот самый тип, что спас тебя от насилия. Ну? Женщина резко села и отпрянула – я рванулся было уложить ее на место, но она осторожно удержала мои руки и прошептала:

– Не бойся! Я не буду шуметь. У тебя есть фонарик? Хотелось бы посмотреть на твое лицо.

Я автоматически отметил, что она перешла на русский и владеет им довольно неплохо для сельской жительницы, немного подумал и, достав из сумки китайский фонарик, осветил свое лицо.

– Да, это ты… – женщина вздохнула. – Я… Я запомнила твои глаза тогда, когда ты оторвал от меня этого… Ну, его. Ты тогда был похож на зверя – думала, что убьешь… Кстати, кому ты рассказал обо мне?

– Я и есть зверь, – согласился я. – А о том, что произошло, я никому не рассказывал и трепать об этом не собираюсь.

– Спасибо тебе, – прошептала женщина и, внезапно схватив мою кисть, вдруг поцеловала ее.

– Ну, вот еще! Не за что, – я смущенно отдернул руку – отчего-то обстановка допроса мне не нравилась – голос у чеченки был мягкий и нежный, темнота, шепот с придыханиями… Ха! Эротичная какая-то обстановка. Так дело не пойдет. – Работа у нас такая – всех спасать, кто под руку попадется, – нарочито грубо проворчал я.

– Что ты хочешь? – после недолгой паузы поинтересовалась чеченка.

Я осветил ее лицо фонариком – да, у «лицедеев» губа не дура: эта дама очень даже ничего. Тьфу! Опять не туда понесло!"

"– Почему ты одна? – строго спросил я. – Где твой муж?

– Мой муж воюет, – спокойно ответила женщина. – Он – командир отряда, который располагается недалеко от Хатоя. Зовут его Вахид Музаев.

– О! – Я удивленно присвистнул. – Однако… А как получилось, что он тебя бросил на произвол судьбы? Вон, в прошлом году бандиты напали на ваше село, и вам тоже досталось, а если бы охрана какая была, может, и не было бы ничего…

– Я живу у родителей мужа, – пояснила женщина. – И я здесь в безопасности. Никто не посмеет меня пальцем тронуть, все знают – чья жена. А то, что было в прошлом августе, – в этом уже разобрались. Это случайность. Правда, до сих пор неизвестно, точно ли это люди Умаева, доказательств ведь нет, а слова неверного не являются основанием для начала кровной мести.

– Я в гробу видал такие случайности! – высказал я свое мнение и поинтересовался:

– Неверный – это я?

– Ты или твои люди, – ответила женщина. – Кто-то из вас сказал, что бандиты – люди Умаева.