Погашено кровью

Петухов перевел дух, выпил стопарь мутной жидкости и прихватил тремя пальцами немного квашеной капусты.

– Я не очень хорошо знаю ваши места, Илья, но, как я понимаю, Москва на западе, а не на востоке. Почему тогда они дернули на восток? Там «железка»?

– Трасса упирается в Томск. Сто сорок верст через тайгу. «Железка» идет параллельно, но в сорока километрах. Нужно иметь карту, компас, лыжи, оружие, сноровку и знание местности. Ничего, кроме украденного у конвоира карабина, у них не было. Мало того, на ватниках зековские эмблемы. Зека за версту распознать можно. По дороге ходят только воинские машины с солдатами.

Такую не захватишь. Редко проходят автобусы с рабочими с рудников и нефтепереработок, но только не по воскресеньям. В понедельник с рассветом наши машины с людьми чуть ли не до Томска прошли. Никаких следов.

– Какой бы ты выбрал путь для побега?

– Прямой. Он рискованный, но на сорок процентов реален. Так, как ты ехал сюда. Они на машине доехали бы за час до леспромхоза и прыгнули бы на платформу с лесом. Еще час, и они добрались бы до большой «железки», ну а там как повезет. Если, как ты думаешь, они идут к Москве, то поворот на восток не оправдан. Даже если они добрались до Томска, там сели на поезд, то их путь вновь приведет к исходной точке и они неизбежно проедут мимо станции Хвойная.

– А если предположить, что они пройдут сквозь тайгу, то где их вынесет?

– Между Томском и Хвойной два полустанка: Верест – там стоит дивизия противоракетных войск, и Гнилое, где добывают железную руду. Поезда останавливаются на одну минуту, и только пассажирские. Товарняки идут мимо.

– Но замедляют ход. И очевидно, ни один товарняк не останавливается в Хвойной?

– Нет.

– А им этого и надо. Ты их упустишь.

– Хорошо. Я могу принять твою бредовую идею и дам телефонограмму в Чулым и Омск. Там все поезда останавливаются."

"– Сделай милость, дай такую телефонограмму. Каждый товарняк, идущий с востока, должен пройти тщательную проверку, и желательно с собаками. Я думаю, человек, отсидевший в зоне семь лет, очень хорошо понимает, чем грозит ему поимка при побеге. Он уже изучил здешние места и обычаи. Нет, Илья, такой парень, как Белый, на рывок уходить не станет. У него должен быть план отхода.

У него и помощники могут иметься за пределами зоны. Если пахан его на груди пригрел, значит, и в помощи не откажет. Нет у меня другого объяснения. Даже сумасшедший рискнул бы поехать в леспромхоз или уж свернул бы на запад, но только не на восток.

– Чего гадать, Алеша. Надо в зону прокатиться.

– А как же лейтенант из УВД?

– Видел бы ты его. Ребенок. Мальчишка. Пушок под носом.

Оперативники везде на счету, кто их в зону погонит зеков ловить? А такого не жалко. Да что там говорить, сам увидишь.

Сычев нахмурил брови.