Вопрос крови

 — Однако он рассказал тебе, что служил в ОЛП, а эта информация не для первого встречного, не правда ли? Может быть, вы беседовали с ним об этом на какой-нибудь из его вечеринок? — Новая пауза. — Ты ведь бывал на его вечеринках, да?

— Бывал иногда. Он был занятный парень. — Джеймс кинул на Ребуса недобрый взгляд. — Может, я и упомянул об этом, когда записывали беседу. Может, и рассказал полиции, насколько хорошо знал Ли Хердмана и что бывал на его вечеринках… и даже что он показывал мне этот пистолет.

— Показывал? — Зрачки Ребуса сузились.

— Господи, да вы же прослушивали записи!

Ребус невольно переглянулся с Шивон. Кассет было несколько. Прослушали же они лишь одну.

— А что это был за пистолет?

— Он хранился в лодочном сарае.

— Думаешь, он настоящий? — спросила Шивон.

— На вид — да.

— Кто-нибудь при этом присутствовал?

Джеймс покачал головой.

— А другого пистолета ты у него не видел?

— Лишь когда он выстрелил в меня из него. — Мальчик покосился на раненое плечо.

— В тебя и в двух других, — уточнил Ребус. — Я прав, считая, что Энтони Джарвиса и Дерека Реншоу он не знал?

— Насколько мне это известно, да.

— А тебя он оставил в живых. Как ты думаешь, это просто везение?

Пальцы Джеймса замерли, не прикасаясь к ране.

— Я сам все время думал об этом, — негромко произнес он. — Может быть, в последний момент он узнал меня.

Шивон кашлянула:

— А вообще, почему он так тебя выделял, ты думал?

Джеймс кивнул, но молча.

— Может быть, — продолжала Шивон, — он увидел в тебе нечто, чего не видел в двух других?

— Они были довольно активными членами «Объединенных кадетов». Возможно, причина в этом?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну… Ли чуть ли не полжизни провел в армии, а потом ему дали под зад коленкой.

— Это он так тебе сказал? — спросил Ребус.

Джеймс опять кивнул:

— Возможно, он затаил обиду. Я сказал, что он не был знаком с Реншоу и Джарвисом, но это не значит, что он не мог их видеть в городе… и даже одетыми в форму. Что и могло… как бы подтолкнуть его. — Он поднял глаза и улыбнулся. — Я знаю, что не должен вдаваться в психологию, ведь психология — это удел ученых.

— Наоборот, твои наблюдения очень помогают нам, — сказала Шивон не потому, что наблюдения эти были так уж полезны, но потому, что чувствовала необходимость как-то поощрить Джеймса.

— Дело в том, Джеймс, — сказал Ребус, — что, пойми ты, почему он оставил тебя в живых, мы, может быть, также поймем, почему он обрек на смерть двух других мальчиков. Понимаешь?

Джеймс задумался:

— Разве, в конце концов, это так уж важно?

— Мы считаем, да. — Ребус выпрямился. — Кого еще встречал ты на этих вечеринках, Джеймс?

— Вас интересуют фамилии?

— В общем, да.

— Раз от разу гости менялись.

— Тири Коттер? — наугад сказал Ребус.

— Да, иногда приходила и она.