Продавец крови (СИ)

Часто у вас так?

— Постоянно, — пробормотала я, чувствуя, что вот-вот заплачу.

— Ладно, поехали. Только у дуболомов тачку отожму… Отвезу тебя домой.

Я добрела до джипа охраны, плюхнулась на пассажирское сиденье и отрешенно уставилась вперед. Феликс поговорил с охраной, забрал ключи. Я наблюдала, как он вытирает разбитый нос и моет окровавленные руки, пристроившись с бутылкой воды у левого крыла.

— Да на тебе лица нет! — заметил он, когда устроился за рулем. — Если из-за нашего дебила, то совершенно напрасно.

Наш дебил. Вот как теперь это называется.

Неуверенная в голосе, я промолчала и отвернулась, глядя на отражение своего расстроенного лица в боковом стекле.

Я услышала скрип кожи, когда Феликс наклонился ко мне.

— Слушай, он реально тебя бил?

— Ага, — ответила я.

Я сглотнула, пытаясь справиться с собой, потом быстро провела ладонями под глазами. Ладно бил, к агрессии я привыкла, а вот к сочувствию нет.

Феликс вздохнул и выпрямился — я поняла это по шелесту кожаной куртки.

— Кто еще урод… Яна, — он положил ладонь мне на шею — прямо на выпирающий позвонок, пальцы были теплыми и еще влажными. — Как вампир и его брат, я бы хотел, чтобы вы были вместе… Но как мужик скажу, что тебе лучше найти кого-нибудь другого. Эмиль тебя недостоин.

Я усмехнулась, он понял смешок по-своему.

— Только не того парня, которого я у тебя во дворе бил. Слабоват.

— Спасибо, что заступился, — пробормотала я.

— Да ладно. Ты такая худая и маленькая, что сердце кровью обливается. Нечего тебе делать в его разборках. Ты очень красивая, грациозная, как балерина — легко кого-нибудь найдешь.

— Брось, — я повела плечом, пытаясь отгородиться от ладони, хотя было приятно.

Никогда не считала себя красивой. До уровня подружек Эмиля точно не дотягиваю.

— Не раскисай. Ты же крепкий орешек. Помнишь, как меня уделала? Замри, — передразнил он меня шипящим шепотом. — Думаю, что за пигалица приползла. А ты меня стрельнула, не побоялась.

Я опять усмехнулась — все еще невесело.

— Специально смешишь?

— Эмиль не стоит того, чтобы расстраиваться. Я его знаю. А сейчас он вообще дурной. Я с ним поговорю, чтобы он тебя не доставал.

— С ним не договоришься… Я тоже его знаю.

Феликс наконец убрал руку с моей шеи и завел машину.

— Эх, Яна, многого ты еще не понимаешь… Будет так себя вести, останется один. А нас одиночество быстро учит. Вампиры поодиночке не выживают. Вот мы уехали, пусть подумает, хочется ему так или нет.

Я молча рассматривала обочину. Эмиль подумает о своем поведении? Точно не про него."

"— И еще… — продолжил Феликс. — Не думал, что буду жену вампира учить, что делать, если муж бросается… Видишь, что психует — садись и не спорь, он и отвяжется.