Крови, сестра!

«Бабочқа», на мoй взыскательный вкус, была чуть ли не ручной работы с изящной резьбой по рукояти и гравировкой по матовому чёрному лėзвию на незнакомом языке – то ли иврит, то ли что-то подобное. Кроме этого в сумке лежали водительские права на имя Вероники Дымовой и техпаспорт на мотоцикл. Ключи, причём, как от мотоцикла, так и от квартиры (скорее всего), кожаный кисет с подозрительными мелкими перламутровыми витаминками (ну или дурью, что логичнее), а ещё странный кулон в виде то ли стилизованного акульего клыка, то ли миниатюрного ритуального клинка из грубо обработанного полупрозрачного чёрного камня. Возможно, оникса или обсидиана. Или чего-то другого, потому что черный камень едва уловимо отсвечивал бордовым.

   И если все предыдущие вещи были для меня просто вещами, то на кулон я смотрела минуты три, силясь понять, что в нём не так.

   И то ли вчерашняя наркота меня догнала, то ли я элементарно уснула, сидя в кресле, но в ушах неожиданно зазвучал чужой женский голос, напевая на незнакомом языке то ли мантры, то ли иную мистическую чушь, а перед глазами заволокло дымкой и начали проноситься странные картинки из явно чужой жизни. Сражения, погони, некие магические манипуляции с кроваво-золотистыми завихрениями пространства – всё это я видела как будто от первого лица.

   - Забористая дурь… - прошептала растерянно и несколько раз сморгнула.

   Несмотря на своё бурное прошлое, наркотики я ни разу не употребляла. Пара косячков не в счёт, но и к ним я не пристрастилась, как, впрочем, и к сигаретам. Моя самая вредная привычка – неподходящие мужчины, но и от неё я избавилась пару дней назад.

   Ничего не понимаю!

   Дымка рассеиваться не спешила, картинки замельтешили быстрее, женщина запела громче и яростнее, у меня ни с того ни с сего похолодели кончики пальцев, заныли виски, пересохло в горле и…

   В себя я пришла лежа на полу в позе эмбриона. Сумка валялась прямо перед глазами, тело ощущалось ватным, а когда я провела ладонью под носом, чтобы унять раздражающий зуд, то оказалось, что из носа натекла кровь.

   «Активирован кулон Крови», - напоследок прошелестело в моей голове и пропало.

   - Вот гадство! – возмутилась, но как-то вяло, потому что на более активное возмущение элементарно не было сил.

   С пола вставала, покряхтывая, как столетняя бабка. До ванной доплелась на одном упрямстве, а в зеркало смотрела с откровенным отвращением. Крови натекло не только из носа, но и из ушей, и что самое пугающее – из глаз. Ранок я не нашла, да и аккуратная пальпация не выявила болевых точек. Такое ощущение, что я натурально рыдала слезами, но сейчас всё в прошлом.