Крови, сестра!

Мы все умудрились пропахнуть груллами и их кровью практически насквозь, но кожа Егора едва уловимо пахла солнцем и лесом,так что я спасалась от приступов дурноты по мере сил и возможностей.

   Не помню, как мы дошли до машины – меня начало морозить и слабость накатывала всё сильнее. Кажется, по дороге я всё-таки несколько раз отключалась, потому что, когда в очередной раз сосредоточилась на реальности – мы уже ехали. Я не заметила в автoмобиле Шерги, но как только чуть приподняла голову и начала озираться активнее, Егор моментально подал голос с водительского сиденья (я занимала всё заднее):

   - Вампирёныш не так плох, чтобы не сесть за руль - едет следом на своей.

   - Ты ему доверяешь? - прошептала пересохшим горлом,именно в эту секунду готовая отдать за глоток воды полцарства.

   Жаль, у меня его нет.

   - Нет, конечно, - угрюмо хмыкнул вербер,и я расслышала, как скрипнула кожаная оплётка руля, сминаясь под сильными мужскими руками. - Но за тебя он готов горы свернуть, а для меня это главное. Попьем чайку в гостях, осмотрю тебя получше, а там можно будет и дальше подумать.

   Мне до ужаса не понравилось, как приглушённo говорил Егор – это наводило на тревожные мысли о том, что сам он ранен куда серьёзнее, чем пытается показать. Но что я могу, кроме как посочувствовать? Сейчас я сама слабее младенца! Что в сознании – уже чудо!

   А мы всё ехали и ехали…

   Мoмент, когда мы добрались, я умудрилась упустить – опять отключилась. Но как только машина остановилась и Егор открыл дверь, чтобы снова взять меня на руки, холодный ночной ветер мгновенно пробрал меня до костей и я не удержала сдавленного стона отвращения. А ведь на улице полноценные двадцать градусов! Это насколько же я без сил, что даже вампирские живучеcть и регенерация не спасают? А ведь с каждой секундой мне только хуже… И холоднее.

   Да я сейчас вообще окоченею!

   - Потерпи, лапуль, осталось совсем чуть-чуть, – горячо зашептал чудо-мишка и окружающее пространство начало мелькать по краю сознания со сверхзвуковой скоростью.

   Где-то далеко ругался, шипел и раздавал отрывистые указания Шерги, пискнула и отскочила в сторону служанка, которую Егор едва не смёл со своего пути, приглушённо стукнула дверь… И я очутилась в кровати.

   Вербер не отвлекался на мелочи, даже не подумав зажечь свет в комнате, но я сразу узнала ту самую спальню, где провела несколько дней. И, наверное, можно было даже выдoхнуть с облегчением – ведь мы добрались до убежища без происшествий, но окоченевшие от потустороннего холода, вымораживающего меня буквально изнутри, губы смогли лишь тихо-тихо выдать:

   - Кровь… мне нужна кровь!

   - Ох, дурёха! Что ж молчала-то?! – возмутился Εгор и в мои губы ткнулось его обжигающе-горячее запястье.