Обет на крови

Повернувшись к Власенко, спросила:

– А может, на само кладбище въедем? Это не проблема.

– Нет, не надо! Пройдемся пешком. У нас еще много времени.

Вышли из салона. Женщина купила небольшой букетик гвоздик. Прапорщик понял для чего, смолчал. Прошли ворота. Влас осмотрелся – справа огромные черные памятники с изображенными во весь рост, в основном, молодыми людьми. Надежда пояснила:

– Бандитский ряд. Было время, они друг друга в штабеля каждый день складывали. После чего наступило затишье, в плане разгула криминала, а вот сейчас...

Прапорщик взглянул на попутчицу:

– Что сейчас?

– Сейчас вновь началось.

– Ты это о случае с семьей подполковника милиции?

– Не только. До этого погромы на рынках были, троих армян убили, да и рэкетиры вновь голову подняли. Наверное, это те, кого посадили лет 6—8 назад. Им сейчас как раз срок возвращаться. Вот и вернулись, решив продолжить свои кровавые дела.

Власенко поинтересовался:

– А о каких погромах ты говоришь?"

"Надежда рассказала то, что знала. Последний случай, когда погибли люди, насторожил прапорщика. Он произошел на рынке, находящемся недалеко от дома, где жила мать Марата и Рустама, а значит и Ольга с Викой. Возможно, жена капитана в тот день находилась на рынке и узнала кого-то из бандитов? Результатом чего стало ее устранение. Ну а с ней и всей семьи. И дело не в профессиональной деятельности Марата? Петр попросил подробнее описать тот погром, но Надежда сама слышала о нем от других людей и ничего добавить к сказанному не смогла. Прапорщик же принял информацию к сведению. Погромы могут повториться, и если они начались, то продолжат их те же самые преступники. Скорее всего, местные скинхеды.

Завибрировала сигналом вызова станция.

Власенко, продолжая движение, ответил:

– Влас на связи!

Чем очень удивил Надежду. Она с изумлением взглянула на прапорщика, но затем, вспомнив о его предупреждении, отвела взгляд в сторону.

– Как у тебя дела, Влас?

– Нормально! Вот гуляем с очаровательной дамой по кладбищу. Место, надо признать, не лучшее для прогулок, но ничего не поделаешь. Медленно направляемся к месту захоронения наших людей.

– Подозрительного вокруг ничего?

– Нет.

– Откуда бандиты потенциально могут вести наблюдение за похоронами, определил?

Немного подумав, Власенко ответил:

– Вообще-то, самых удобных точек четыре. Это часовня, лесной массив слева по ходу главной аллеи от ворот, кусты за оградой и рощица справа у мусульманского участка. Но реально вести наблюдение можно откуда угодно, от любой могилы.

– Ясно. Людей на кладбище много?

– Не очень, но есть. И посетители, и рабочие, копающие могилы, кстати, метрах в пятнадцати от места нашего захоронения.

– Аппаратура при тебе?

– Все при мне.

– Тогда продолжай прогулку.