Обет на крови

А как я ему сообщу? К тому же его надо срочно отправлять в Переславль, на похороны.

Гончаров платком протер ставшее вдруг потным лицо.

– Но как?.. За что?

– Вот это, Вадим, остается неизвестным!

Гончаров задумался:

– Рустама одного в Переславль отпускать нельзя. Вы знаете его характер. Если милиция по горячим следам не раскроет преступление, то Баскак сам начнет поиск преступников. А это может кончиться очень плохо. Жалеть убийц он не будет, особо разбираться в степени их вины тоже. Рустам будет мстить. Он не остановится и в том случае, если местным ментам удастся взять подонков, хотя это маловероятно, в смысле, что убийц возьмут. Да, дела. Что, и дочь убили?

– Всех, Гончар. И мать, и брата, кстати, подполковника милиции.

– Я в курсе, кем был Марат.

– И брата, и жен их с Рустамом, и сыновей Марата, а Вику, дочь капитана, вообще изуродовали, изнасиловав.

– Это шестилетнего ребенка?

– Да! Шестилетнего ребенка.

Майор только и смог выдавить:

– У, блядь.

Полковник положил руку на плечо майору:

– Хорош. Шарипов идет. Поведу его в штаб. Может, ты со мной? Все как-то легче будет.

Гончаров согласился:

– Пойдемте. Но легче уже не будет. Никому.

Заместитель Вадима подошел к старшим офицерам, улыбаясь. У него было прекрасное настроение.

Увидев лица боевых друзей, спросил:

– А что это вы, господа полковники и майоры, носы повесили? Или какую новую вводную нам с Центра сбросили?

Полковник сказал:

– Пройдем ко мне в кабинет, Рустам. Разговор есть.

– Не понял! С чего это я понадобился для личной беседы самому командиру отряда? Уж не на повышение ли меня выдвигают?

Гончаров приобнял его:

– Идем, Рустам. Обо всем в штабе.

– Ну, идем. Только, смотрю, темните вы что-то!

До штаба дошли быстро. И майор, и капитан передали свои десантные сумки и оружие подчиненным. Вошли в кабинет.

Морозов предложил офицерам занять места за столом совещаний, сам же устроился на своем месте. Взял в руки остро отточенный карандаш. Повертев его в руках, бросил на стол. Он уже хотел начать тяжелый разговор, как в проеме тамбура появился дежурный по отряду.

– Извините, товарищ полковник, я насчет баньки для личного состава!

Морозов вдруг взорвался:

– Какой, к черту, баньки, капитан? У меня что, нет заместителя? Прешься со всякой ерундой...

Капитан изумленно смотрел на командира, ранее никогда не позволявшего себе подобного тона в отношении подчиненных офицеров и прапорщиков отряда.