Дары Крови

Неужели она даже не запомнила моего имени?

— Может, ты старший брат Лиала, здоровяк? — Преферо прыжком оказалась рядом, оттёрла меня плечом. — За спину, адепт, за мою спину!

Её меч буквально размазался в воздухе, стремительно плетя Стену клинков, которой она прикрыла нас от удара очередного реольца-идара.

Я рассмеялся. И впрямь. Лиал, которого она знала, был моложе, мельче и не был адептом.

Сквозь смех напомнил:

— Я, вообще-то, наследник Дома и единственный ребёнок, не забыла? Откуда у меня может появиться брат-адепт, да ещё и старший? Нет, Преферо, это я сам. Просто сильно изменился.

Она обернулась через плечо, мазнула по мне изумлённым взглядом и отвернулась, занятая реольцем.

Я же сказал ей в спину:

— Не даёт нам поговорить, да?

— Не смешно!

— И не думал смеяться. Правда мешает. Ты слева, я справа, на счёт три. Раз.

— Что⁈

— Два, три.

Я проломился сквозь двойную Стену мечей, крутнулся, уже даже как-то привычно помогая хлысту набрать дополнительную скорость…

Глава 18

— Меньше помогайте, — зло буркнул Ирал. — Ариос, это в основном твоих подчинённых касается, оттяни их назад, живее.

— С чего бы это? — неприязненно отозвался тот. — Нам нужно успеть вынести их всех. Новые уже на подходе, сейчас зачистим вот этот край, и я сообщу…

— Нет.

Ариос вынырнул из очередного реольца, безжизненно рухнувшего у него за спиной, и уставился на Ирала, с недоверием переспросив

— Что значит, нет?

Теперь тени и правда отвлеклись от схватки, стянулись к Иралу. Те тени, что называли себя советниками и голосовали недавно.

Молак, злой не меньше, чем Ирал, процедил, повторяя вопрос:

— Что значит, нет?

Тот набычился в ответ, рявкнул:

— Почему я должен это объяснять⁈ Если господин узнает о втором отряде реольцев сейчас, то просто отступит. Нам этого не нужно.

— Тебе не нужно, — качнул головой Молак."

"— Мы голосовали, и ты остался в меньшинстве, Молак, — с ухмылкой напомнил ему Ирал.

— Это глупое голосование.

— По-другому никак.

— Господин будет очень, очень и очень зол.

Ирал расправил плечи и твёрдо сказал:

— Я приму гнев господина на себя. Это будет невеликая плата за его мощь. Став Тальмой он решит большую часть своих проблем и сумеет выжить.

— Твоё самопожертвование впечатляет, — не подумал сдаваться Молак, — но иногда нужно прислушаться к разуму.

— И разум говорит мне, что господин до последнего не должен знать о врагах.

— Ограк! — Молак развернулся, упёр горящий взгляд в советника армии. — В этом безумстве ты тоже будешь на его стороне?

— Нет, — качнул головой Ограк. Заметив, как вновь набычился Ирал, поднял ладонь, останавливая готовые вырваться из него слова. — Для нас важен только господин, но для него важны ещё и его люди.