Горничная особых кровей

— Великолепно! Тебя бы с радостью приняли в академию Жизни на Горунде или в любое другое заведение для эо-одаренных.

— Не надо, — отстранилась я. — Не говорите мне об академиях и эо-одаренных, светлейший.

Мужчина понял, что я имею в виду.

— Я знаю, что для тебя самое ценное, горничная — возможность самой управлять своей судьбой. И я дам тебе эту возможность. Птичка сможет улететь, куда пожелает.

— Светлейшие любят раздавать обещания, но не любят их выполнять.

— Ты имеешь дело с Гоином Малейвом, горничная. Я не раздаю пустых обещаний.

— От того, что вы это так пафосно произнесли, я вам больше верить не стала, светлейший.

— Ты худший мой работник, горничная, — произнес альбинос, но весь его вид говорил о том, что мои слова ему по нраву. — Но мне всегда были интересны люди, которые не проживают жизнь, а горят ею. Что же в вас такого, откуда берется такая сила эмоций? Откуда этот огонь?

Снова владетель коснулся меня, легко и осторожно. Пальцы огладили подбородок, поднялись к щекам. Мужчина аккуратно взял мое лицо в свои ладони, как чашу, и приблизился.

Я не успела даже почувствовать наше сближение, как альбинос резко убрал руки и отошел. Что-то словно оттолкнуло его от меня.

Альбинос зашел в гардеробную, снял термокостюм, затем побыл немного в ванной. А потом присел на диван, принялся отдавать должное запеченному мясу. Мелок вскочил на диван, сунул мордочку к подносу, принюхался, протянул передние лапки.

— Нельзя! — владетель столкнул зверька на пол.

Мелок уставился на любимого хозяина огромными обиженными глазами.

— Хочу-у!

— Горничная, насыпь Мелку кошачьего корма.

Я выполнила приказ, но понги есть отказался, и раскапризничался, как маленький ребенок. Ухватив свою яркую детскую миску, он вывалил весь корм на пол и притащил миску в гостиную. А потом — маленький хитрец! — начал смотреть на альбиноса умоляющим взглядом.

— Горничная, — лукаво произнес центаврианин, — раздели со мной ужин.

В общем-то я была сыта, но не могла же не поиграть с понги? Так что присела на другой диван. Малыш решил, что мы его не заметили, и начал трясти миску.

— У кого болел животик? — строго спросил владетель.

Мелок сделался еще несчастнее и оставил миску. Прижав шерстку, понги медленно побрел к ногам хозяина, и, как виноватая собачка, лег у них.

— Ну и актер, — покачала я головой.

— Я слишком его баловал.

— А как такого не баловать?

Альбинос усмехнулся:

— Это называется управляющее очарование. Некоторые создание прекрасно осознают, какое воздействие производят на остальных. Понги как раз из числа таких животных, которые берут своим милым видом.

— Так что же вы позволили ему собой управлять, светлейший?

— Ты очень разговорчивая сегодня, горничная.

Я опустила взгляд — действительно, расслабилась слишком.