Горничная особых кровей

Говорил, что мне нужно быть умницей и не говорить никому о нашей связи, иначе меня могут счесть непорядочной и не допустить к Отбору. Конечно, я молчала обо всем. Молчала и ждала Отбора. — Гримми рассмеялась: — А на Отборе он выбрал невесту из Веронии, Элайзу. Это было крушение всех моих надежд. Я не могла вернуться домой опозоренной, толком ничего не умела, вот и осталась здесь, в особняке, горничной. Сделала вид, что ничего не было между мной и владетелем. Он оценил, что я не устраиваю сцен и ничего не требую от него. Сказал, что я на редкость умная барышня. Барышня… Я не была высокородной, но я могла стать высоконравственной. Я решила, что любой ценой задержусь в особняке, стану безупречной барышней и на следующем Отборе покорю какого-нибудь светлейшего, и сделаю это на глазах владетеля. Такую месть я выбрала. Но владетель умер, не прожив в браке с Элайзой и года. И я решила не покидать особняк, где у меня была работа и где я уже обрела хорошую репутацию. А Элайза… владетель никогда ее не любил, он вообще никого не любил, кроме себя. Поэтому я не чувствовала к нашей владетельнице неприязни. Мне даже было ее жаль… Ну? Вы по-прежнему думаете, что я считаю себя лучше вас?

— Ой, Гримми, — тихо сказала Маришка, на которую рассказ управляющей произвел сильное впечатление. — Мне тоже наобещали много всего, а потом на улицу выкинули. И я тоже не знала, куда идти. Родителей опозорила, поэтому стыдно было возвращаться. Вот и осталась в городе… На работу меня никто не хотел брать, а когда взяли официанткой в одном кафе, все тискали по углам, проходу не давали… Наверное, будь я светлейшей, никто бы не посмел со мной так обходиться.

— Неправда, — вырвалось у меня. — Я была светлейшей. И меня, благополучную богатую девочку, это не спасло. Все те «друзья», которые крутились вокруг меня, когда все было хорошо, разом отвернулись, когда наша семья попала под опалу владетеля.

— То, что ты была светлейшей, у тебя на лице написано. Иногда такая напыщенная бываешь, — сказала Маришка.

— Молчи уж, деревня.

Гримми издала сдавленный смешок. Она уже не плакала.

— Я была неправа, но и вы были неправы. У вас есть шанс устроиться в жизни хорошо. О ваших ошибках забудут, спишут на молодость… если вы перестанете вести себя наперекор местным канонам. — Молодая женщина взглянула на нас сердито.

— Будьте хитрее. Взрослейте!

Я покосилась на Маришку. Как обычно, ее настроение быстро переменилось, и на круглом личике расцвела лукавая улыбка:

— Ладно. Я повзрослею, если ты помолодеешь.

— Что? — тонкие брови управляющей приподнялись.

— У тебя есть эо, значит, ты можешь участвовать в Отборе, Гримми.

— Нет.

— Почему? Отчего всегда такая строгая, так уныло одеваешься? Ты же такая красивая!

— Да, — согласилась я. — Ты очень красивая.