Кровавый колдун (Эгида-11)

  Если нечисть в самом деле догадается уничтожить все деревни, чтобы создать армии альянса восьми кланов невыносимые условия для жизни, то это может у нее получиться.

Ирмгард знал, что кланлидер не любит, когда к нему приходят без готовых решений возникающих проблем. Поэтому, не колеблясь, ответил:

– Предлагаю поставить задачу всем членам клана сосредоточиться на поисках заброшенных городов в горах и пещерах. В прежнем мире таких было полно – должны быть и здесь. Тем более, что разрабы явно поленились – часть данжей ребята нашли потому, что они были и в нашем мире. Они их сюда перенесли по принципу копировать-вставить, чтобы облегчить себе работу.

– Да, я уже слышал об этом, – кивнул Манивальд, – хорошая идея, попроси всех припомнить про все заброшенные города в горах и пещеры, что были в нашем мире, а потом проведем разведку, мало ли повезет, и найдем их и тут. Заселимся, откроем таверны и лавки, и не будем горя знать. А нечисть пусть впустую тратит время, разоряя деревни.

Глава 3

Бегство

Трой, пещера в гроте неподалеку от Даблвира

Едва стемнело, посланные мной черти вошли в еще дымящиеся развалины, и извлекли из них алтарь. Как я и говорил, он был в полном порядке, и его поспешно перенесли в соседнее уцелевшее здание. Тут же мы организовали привычный конвейер – посланные мной черти стали заманивать в соседние дома под самыми разнообразными предлогами чертей, прибывших в составе подкрепления, вязать их, и по очереди таскать к алтарю. Несколько нервировали патрули джиннов, поэтому работать с будущими обращенными я приказал на улицах предельно аккуратно, чтобы не вызвать интереса со стороны джиннов к происходящему.

Сам я вскоре с небольшим числом избранных слуг отлучился из города. Нужно было провести обряд посвящения в жрецы Талсы. Все необходимое для этого обряда мы заготавливали в предыдущие дни, а для проведения его я, конечно, предпочел задействовать стационарный алтарь – с его использованием ритуал пройдет с большим позитивным эффектом для могущества нового жреца.

Талса встал на колени посередине алтаря. Его глаза завязали широкой черной лентой, чтобы он мог полностью сосредоточиться на происходящих в нем изменениях, и принять их. В метре перед ним положили мешок с лебедем, олицетворявшим существ, покоривших воздух, справа – мешок с кротом, означавшим подземных животных, слева – огромного осетра, только вечером доставленного живым из находящегося далеко отсюда моря специально посланным отрядом чертей. Осетр, естественно, олицетворял всех живых существ, находящихся в воде. Для наземных живых существ никакого дополнительного символа не нужно было, их олицетворял сам Талса.

Я и десять чертей стали кругом вокруг алтаря.