Кровавые обещания

Коридоры, украшенные золотом и люстрами, были такие же извилистые, как лабиринт из живой изгороди, который показывал мне Дмитрий, и я невольно спрашивала себя, сумею ли вообще выбраться из дома. Делать такой крюк было рискованно, но я сомневалась, что сумею покинуть дом до того, как за мной бросятся в погоню. А раз так, предстояла стычка, и мне требовалось оружие для защиты.

Один коридор, второй… Наконец мы добрались до двери, ничем не отличающейся от любой другой. Он остановился и вопросительно посмотрел на меня.

– Открывай, – приказала я.

Он покачал головой.

– У меня нет ключа.

– Уж у меня-то его точно нет… хотя постой-ка.

Я сунула руку в карман и достала ключи, которые забрала у Дмитрия. Их было пять. Третий подошел, и дверь открылась.

Тем временем мой проводник торопливо оглядывался, явно готовясь дать деру.

– Даже не помышляй об этом, – предупредила я.

Он побледнел и замер. Комната перед нами была не очень велика, и, хотя белый плюшевый ковер и картины в серебряных рамах придавали ей изящный вид, по существу она больше напоминала свалку. Куча разных вещей.

– Что это?

– Магия. – Судя по всему, от страха он плохо соображал. – Магические предметы. Их хранят здесь, чтобы магия ослабела или разрушилась.

Магия… Это вещи, заколдованные моройской магией. Амулеты и прочее в этом духе всегда воздействовали на стригоев – как правило, не самым приятным образом, – и колы особенно, поскольку при их изготовлении используются все четыре стихии. Понятно, почему стригои пожелали изолировать губительные предметы и избавиться от…

– Мой кол!

Я метнулась вперед и схватила его, едва не выронив из потных рук. Кол лежал наверху коробки с куском ткани и какими-то странными камнями. Приглядевшись, я поняла, что на самом деле это не мой кол – хотя какая разница, каким убивать стригоя? Он почти идентичен моему, за исключением небольшого геометрического узора вокруг основания. Так поступали некоторые стражи, если особо дорожили своим колом: наносили на него узор или свои инициалы. Взяв в руки кол, я ощутила прилив печали – когда-то он принадлежал тому, кто с гордостью владел им, а сейчас почти наверняка мертв. Один бог знает, сколько еще колов хранилось здесь, отобранных у других незадачливых пленников. Однако у меня не было времени заниматься поисками и оплакивать мертвых.

– Ладно, теперь отведи меня в… – Я заколебалась. Даже с колом лучше бы мне не сталкиваться со стригоями. Надо полагать, у передней двери по-прежнему дежурит охранник. – В какую-нибудь комнату на этом этаже с окном, которое можно открыть. И подальше от лестницы.

Мужик на мгновение задумался и кивнул.

– Вон туда.

Мы пошли еще одним лабиринтом извивающихся коридоров.

– Как тебя зовут?

– Олег.