Кровавые обещания

В последний раз я надевала его в доме Беликовых; оно просто лежало на столе среди прочего.

– Мне подарили его, когда я была…

Я замолчала, осознав, что почему-то никогда не рассказывала ему, где была до Новосибирска.

– Когда ты была где?"

"– В твоем родном городе. В Бийске.

Дмитрий играл с кольцом, надевая его, то на один палец, то на другой, но, услышав это название, замер и посмотрел на меня.

– Ты была там?

Действительно странно, мы никогда не говорили об этом.

– Я искала тебя, – объяснила я. – Я не знала, что стригои охотятся в больших городах. Я жила в твоей семье.

Он снова перевел взгляд на кольцо и принялся поворачивать его туда и сюда.

– И?

– Они очень милые люди. Я полюбила их. Подружилась с Викторией.

– Почему она не в школе?

– Пасха.

– А-а, да. Как она?

– Прекрасно, – поспешно ответила я, не в силах рассказать о том, что случилось в последнюю ночь с ней и Роланом. – С Каролиной тоже все хорошо. Она напоминает мне тебя. Знаешь, однажды она накинулась на дампирских парней, пытающихся устроить беспорядки.

Он улыбнулся снова, и так… мило. В смысле, клыки по-прежнему нагоняли ужас, но улыбка выглядела не такой зловещей, как обычно. В выражении лица его появился оттенок нежности, истинной привязанности, и это пугало меня.

– Могу себе представить, как Каролина делает это. У нее уже родился ребенок?

– Да. – Я все еще не могла отделаться от впечатления, производимого его улыбкой. – Девочка. Зоя.

– Зоя, – повторил он, по-прежнему не глядя на меня. – Хорошее имя. А как там Соня?

– Нормально. Я мало с ней виделась. Она слегка раздражительная… Виктория говорит, из-за беременности.

– Соня тоже беременна?

– Ну да. Шесть месяцев, мне кажется.

Его улыбка слегка угасла, он выглядел почти обеспокоенным.

– Это должно было случиться рано или поздно. Она ведет себя не так разумно, как Каролина. Каролина родила детей сознательно… А для Сони, надо думать, это стало сюрпризом.

– Да. У меня тоже возникло такое чувство.

– А как там мама и бабушка?

– Хорошо. Обе.

Наш разговор принимал все более странный оборот – не только потому, что это был первый нормальный разговор со времени моего появления здесь; Дмитрий впервые, казалось, искренне интересовался чем-то, не связанным со стригоями, поцелуями и укусами. Если до этого мы и предавались воспоминаниям, то лишь о прошлых совместных сражениях… и о том, что произошло в сторожке.

– Твоя бабушка немного пугала меня.

Он засмеялся, а я вздрогнула; он смеялся почти, почти как раньше. Я даже не представляла, что такое возможно.

– Да, это она умеет.

– И она притворялась, что не говорит по-английски.

Это, конечно, мелочь по сравнению со всем остальным, но она все еще бесила меня.

– Да, и это она любит. – Он продолжал улыбаться, с нотками нежности в голосе.