Кровавое эхо

Появление шерифа, возвращение мексиканской девки с ребенком и каким-то новым типом. Ребенок побежал в конюшню, шериф уехал, девка с новым типом вошли в дом, довольно долго ничего не происходило, потом девка с типом появились на крыльце, вместе дошли почти до самого дома для наемных работников, вернулась она одна.

– А это кто такой? – спросил мальчик.

– А мы откуда знаем, черт подери? – ответил один из мужчин.

«Очень высокий, не слишком аккуратно одетый, рубашка и брюки. Сколько лет, определить невозможно, – записал мальчик, а затем добавил: – Не ковбой, неправильная обувь. Проблемы?»

Перед домом для наемных работников земля уходила вниз, и он превращался в двухэтажный. На нижний этаж вела огромная раздвижная дверь, открытая навсегда из-за сломанного устройства. Внутри стояли еще один пикап и пара зеленых тракторов. В дальнем конце справа имелась деревянная лестница без перил, которая уходила вверх, к прямоугольному отверстию в потолке. Ричер провел на первом этаже целую минуту, разглядывая машины, и заметил у заднего окна пикапа стойку для оружия. В тяжелом горячем воздухе пахло бензином и моторным маслом.

Он поднялся по лестнице на второй этаж. Внутри все было выкрашено в красный цвет – стены, пол, даже балки. Воздух здесь был еще жарче и показался ему каким-то застоявшимся. Никаких кондиционеров, да и вентиляции тоже. В дальнем конце он увидел огороженное пространство – судя по всему, ванную комнату. В остальном весь этаж представлял собой огромное открытое пространство, у каждой стены по восемь простых железных кроватей с тонкими полосатыми матрасами, прикроватными тумбочками и солдатскими сундучками.

Две кровати рядом с ванной были заняты. На каждой прямо в одежде лежали тощие, жилистые мужчины. Оба в голубых джинсах и ковбойских сапогах, без рубашек. Оба заложили руки за головы, и оба повернулись в сторону лестницы, когда Ричер вошел в комнату. Оба убрали ближнюю к нему руку, чтобы лучше его рассмотреть.

Ричер провел четыре года в Уэст-Пойнте и еще тринадцать на службе в армии, так что за семнадцать лет научился входить в новую спальню и спокойно относиться к любопытным взглядам тех, кто там находится. Его вовсе не беспокоили неприятные ощущения, потому что существовал определенный этикет, которому нужно было следовать. Ты должен войти, выбрать незанятую кровать и совершенно ничего не говорить. Заставить заговорить кого-то другого. Такой способ позволит тебе понять, как они к тебе относятся, прежде чем тебе придется продемонстрировать им свое отношение.

Миновав две пустые кровати, он подошел к той, что стояла у северной стены, где, как он решил, будет прохладнее, чем у южной.