Кровавая вира

– А если в двух словах, что там? – не сдержал Елисей любопытства.

– Если в двух, то правящая фамилия к вашему делу отношения не имеет. Одного из великих князей приплели, что называется, для весу. Означенные вам Александром лица и есть те самые кукловоды. Так что дальше думать вам.

– У вашей службы на них есть что-то? – помолчав, уточнил Елисей.

– Увы, слишком мало, чтобы решить все по закону, – помрачнев, нехотя признался мужчина.

– Что будет делать ваша служба, если с означенными лицами вдруг что-то случится? – задал Елисей следующий вопрос.

– Думаю, ничего, – чуть подумав, качнул собеседник головой. – По-нашему ведомству они не проходят. А случись что криминальное, так этим должны жандармы с полицией заниматься.

– Вот и хорошо, – зло усмехнулся парень. – Не хотелось бы с добрыми людьми воевать.

– Вы так в себе уверены? – иронично выгнул бровь мужчина.

– Думаю, господин Тимофеев успел вам многое про меня отписать, – пожал Елисей плечами.

– Успел, – не стал спорить мужчина. – И откровенно сказать, далеко не во все я смог поверить, уж простите великодушно."

"– И что же вам показалось неверным? – с интересом поинтересовался парень.

– Ну, к примеру, он писал, что вы оружие изобретаете. И что с собой у вас многозарядный пистолет всегда имеется.

– Хотите взглянуть? – спросил Елисей, пряча улыбку в уголках губ.

– Он у вас с собой? – подобрался мужчина.

– Господин полковник. Я пластун казачьего войска и с оружием даже в гробу не расстанусь, – фыркнул Елисей, выкладывая на стол пистолет.

Это была странная помесь известного ему до последнего винтика ПМа и ТТ. Длина ствола была взята от ТТ, а механизм УСМа от пистолета Макарова. В итоге эта странная помесь лупила, словно кувалда, и могла выпустить десять пуль с пулеметной скоростью. Все так же пряча улыбку, Елисей выдернул из рукояти магазин и подвинул оружие к собеседнику, предложил:

– Извольте. Как видите, десять выстрелов в запасе у меня имеется. Перезарядка происходит без участия стрелка. Все за счет отдачи после выстрела. Пружины, к сожалению, слабые. Часто менять приходится. А так добрая машинка получилась.

– Как много народу об этой штуке знает? – мрачно поинтересовался полковник, вертя в руках пистолет.

– Ну, из тех, кому я не доверяю, никто. А так все, кто со мной в ладу, – туманно ответил парень.

– И почему же вы не стали представлять это оружие комиссии ГАУ?

– Да потому, что они его не примут, – окрысился Елисей. – Пробовал я им мортирку свою показывать. Едва не послали. Спихнули ее в казачьи войска. И то слава богу. Я ее, в общем-то, для казаков и делал. А уж про то, чтобы в войска что-то протолкнуть, и речи нет.

– М-да уж, – скривился полковник. – Понимаю ваши чувства, но попробовать все одно нужно.