Кровавая вира

– Тяжелые для вас, – принялся пояснять Елисей, перехватывая у нее шашки. – Вам, чтобы такому научиться, нужно сначала мускулы нарастить. Да и шашки придется заказывать легкие. Я такие для учеников своих заказываю.

– Из обычного железа, учебные? – мрачно уточнила Наталья.

– А вот тут вы сильно ошибаетесь. На учениках своих я не экономлю. Они у меня только боевое оружие носят. Булатное, – твердо ответил парень.

– Так это булат? – ахнула девушка, пытаясь выхватить у него шашку.

– Да тихо ты, порежешься, – по привычке рыкнул на нее Елисей.

– Ой! Извини, – опомнилась Наталья. – Дай подержать, – попросила она, перейдя на «ты» так просто и естественно, словно они всю жизнь были знакомы.

– Всегда лезвием от себя шашку держи. Запомни, это булат, и ежели выронишь, и на ногу упадет, можешь калекой стать, – принялся обучать ее парень, прививая навыки обращения с подобным оружием.

– Шутишь? – не поверила упрямая девчонка.

– Свечи как срубил, видела? Так тут дело не только в умении шашкой рубить, а еще и в ее заточке, – коротко пояснил парень. – А вообще, запомни. В том, что оружия касаемо, я никогда не шучу.

В ответ Наталья только решительно кивнула, старательно повторяя каждое его движение.

– Елисей, вы и вправду станете Наташеньку учить с оружием обращаться? – не удержавшись, поинтересовалась Татьяна.

– Ну, ее не учить, ее переучивать придется. А так, да. Буду. У нас на Кавказе оружие это часть одежды. Вон, у жениха своего спросите, – усмехнулся парень. – Я, сударыня, из родовых казаков, и званием сим горжусь. И у нас любая баба и шашкой врага срубить, и из пистолета в него выстрелить может. Так что и шашку ей подарю, и кинжал, и оружие огнестрельное. Сама всем владеть станет.

– А семья как же? Дети? – растерялась Татьяна.

– Так одно другому не мешает, – пожал парень плечами. – Хотите, чтобы дети ваши жили спокойно, будьте готовы защитить их в любое время. Так что мы, из дому в поход уходя, часть оружия бабам своим оставляем.

– Елисей. Расскажите, что с вашей женой случилось, – помолчав, осторожно попросила Татьяна. – В свете слухов много ходит, а правды никто не слышал.

– Хорошо, расскажу, – вздохнув, тихо ответил Елисей, отдавая оружие горцу и отпуская его и Ирину."

"Плеснув себе вина, он промочил горло и, присев к столу, начал рассказ. Спустя примерно полчаса, когда Елисей замолчал, в комнате воцарилась гробовая тишина. Ильико, поднявшись, разлил вино по бокалам и, не произнося ни слова, залпом проглотил напиток. Поднявшись, Елисей сделал то же самое.

– Теперь я понимаю, почему вы всегда родичами представляетесь, – тихо вздохнула Татьяна.

– Мы и есть родичи, – грустно улыбнулся ей княжич. – Елисей мне дважды жизнь спас. И я скорее в опалу уйду, чем от такого родства откажусь.