Кровавая луна (ЛП)

— Ага.

— Итак, когда я вам разрешу, вы оба войдёте спиной вперёд через дверь на крышу.

— Спиной вперёд?

— Так делают в тюрьмах строгого режима, верно?

— Ага.

— Тогда ты знаешь, как это происходит. Ты пойдёшь первым. Восемь шагов назад. Затем остановишься и опустишься на колени. Тот, кто будет с тобой, сделает четыре шага назад и тоже встанет на колени. Если всё не будет сделано в точности так, как…

— Я понял. Восемь и четыре шага назад.

— Хорошо, ты соображаешь. Я приставлю нож к твоему горлу, пока Александра идёт к двери с крыши. Твой коллега проведёт её до машины, и они уедут.

— А потом?

— Затем начнутся переговоры.

Наступила пауза.

— Я знаю, о чём ты думаешь, Харри. Зачем менять хорошего заложника на плохого? Зачем отказываться от молодой, невинной женщины, которой, как знают и полиция, и политики, вызовет гораздо больше сочувствия среди обывателей, чем стареющий полицейский-детектив мужского пола?

— Ну…

— Ответ прост: я люблю её, Харри. И чтобы убедиться, что она готова дождаться, пока я вновь стану свободным человеком, я должен продемонстрировать ей свою истинную любовь. Я думаю, что присяжные также увидят в этом смягчающее обстоятельство.

— Я уверен, что увидят, — сказал Харри. — Встречаемся через час?

В трубке снова раздался пронзительный смех.

— Ещё одна хорошая попытка, Харри. Ты же не думаешь, что я планирую дать тебе достаточно времени, чтобы предупредить группу быстрого реагирования и собрать половину всех сил полиции до обмена?

— Хорошо, но мы далековато. Сколько времени у нас будет, чтобы туда добраться?

— Я думаю, ты лжёшь, Харри. Я не думаю, что ты так далеко. Ты видишь луну с того места, где находишься?

Эйстейн быстро подошёл к окну. Кивнул.

— Да, — сказал Харри.

— Тогда ты видишь, что затмение уже началось. Когда луна полностью закроется, я перережу Александре горло.

— Но…

— Если расчёты астрономов верны, то у вас есть… дай мне взглянуть… двадцать две минуты. И ещё кое-что. У меня есть глаза и уши во многих местах, и если я увижу или услышу, что полиция предупреждена до вашего приезда, Александра умрёт. Всё, поторопись.

— Но… — Харри остановился и поднял телефон, чтобы сообщить остальным, что связь прервана.

Он взглянул на время. Хельге Форфанг дал им достаточно времени. Если бы они поехали по Третьему кольцу, то дорога до Института судебной медицины при больнице «Рикшоспиталь» не заняла бы больше пяти-шести минут.

— Все всё поняли? — спросил он.

— Частично, — сказал Эуне."

"— Его зовут Хельге Форфанг, он работает в Институте судебной медицины и держит свою коллегу в заложниках на крыше. Он хочет обменять её на меня. У нас есть двадцать минут. Мы не можем связаться с полицией, а если свяжемся, то велика вероятность, что он это обнаружит.