Звездная Кровь. Лед-Кузнец (СИ)

После того как осколок Единого отозвал Азимандию, исчезли и ее Руны-Существа, а значит, следовало поспешить, ведь битва была еще далеко не закончена!

Свирепая золотая вьюга, призванная Эрин, продолжала бушевать, накрыв снежным плащом Корону. Морвейн была еще жива, так же как и Провидица, и он мысленно призвал их, приказывая отступать к башне — крепость уже наводнили десятки имиров и сотни фростлингов, безжалостно уничтожавших уцелевших гармонийцев. Кроме того, его некромант подняла множество реаниматов, плеснув в чашу битвы порцию хаоса, а огненные потоки из Портала Орина продолжали извергаться на верхние террасы крепости, уже полностью скрытые клубами густого горячего пара. Врагов было еще много, но без высоких Цветов солдаты почти беспомощны — их просто вырежут, хотя великанам, конечно, придется заплатить за победу немалую цену… Но кто сказал, что будет легко⁈

Опасность представляли только Врата — через них могли прийти подкрепления, потому что проход наверняка соединял Корону с военным гнездом во владениях Гармонии. Однако после внезапной гибели целой эскадры враги не смогут отреагировать молниеносно и не станут бросать на убой новые корабли. По крайней мере, пока не поймут, что погубило предыдущие. Скорее, наоборот, они сами закроют Врата, опасаясь вторжения неизвестного противника, — портал являлся точкой уязвимости, и Логика Клинка обязывала контролировать вход-выход для начала любой операции.

Однако фактор хаоса, который привнесла их атака, мог вытащить из мешка Единого разные камни, черные и белые. Поэтому стоило торопиться, чтобы завершить то, за чем он вообще сюда прибыл…

Эрин ждала его возле развороченного входа, тяжело привалившись к стене. Зерцало и правая сторона лед-доспехов потемнели от пламени, лед-клинок был сломан, а сквозь стыки брони медленно сочилась багрово-голубая, тут же застывавшая инеистыми потеками кровь. Врагов поблизости больше не было — но изломанные тела в террацитовой броне вперемешку со сверкающими осколками айсгардов говорили о том, что битва стала для нее нелегким испытанием. Она одолела врагов, но…

— Можешь… помочь? — Эрин протянула руку, не торопясь отрываться от опоры. — Я… не могу идти…

По ее движениям и хрипящему голосу Белый Дьявол понял, что она серьезно ранена, и спросил только:

— Руна? Или давитель?

— Давитель. Доспех выдержал… а я нет. Исцеление… кончилось.

Эргиаль хорошо снаряжал своих воинов, но Руны и лед-броня не делали их неуязвимыми. Не чинясь, осколок Единого снова расстегнул ее доспех и приложил руку к обжигающе-холодной шее, ощущая, как медленно стучит ее сердце. На этот раз Эрин не противилась целительному прикосновению — наоборот, вцепилась в его руку, замерла, тяжело дыша и прислушиваясь к ощущениям.